• maket premiera
  • Lubov i golubi kirpich
  • Krechinskii kirpich
  • Boing kirpich
  • Letuch korabl kirpich

logotip2017 2 

sezon1612017

adress2017new

×

Предупреждение

JLIB_APPLICATION_ERROR_COMPONENT_NOT_LOADING

Дети обладают исключительно добрым сердцем и обостренным чувством справедливости – такой вывод можно сделать на спектакле «Летучий корабль» в Оренбургском  драматическом театре имени Горького. Сидящие в зале дети, а это были не  малыши-дошколята, а вполне себе «взрослые» младшеклассники, которых, в общем-то, ничем не удивишь. Но, тем не менее, они так страстно переживали за героев, пытаясь активно указать персонажам, что надо делать, чтобы не попасть впросак, что сердца взрослых просто ликовали – не потеряно поколение-то!

Вернемся к истокам. Чуть менее 30-ти лет назад, а именно в 1979 году, режиссер-мультипликатор, наш земляк, между прочим, Гарри Бардин, при активном участии поэта Юрия Энтина (тоже не чужой нам человек) и композитора Максима Дунаевского, создал двадцатиминутный мультфильм «Летучий корабль», по мотивам русских народных сказок. Успех был ошеломляющим! Правда, в дальнейшем Бардин зарекомендовал себя, в первую очередь, как создатель фильмов остросоциальной тематики. Но эта дивная музыкальная сказка  разошлась на цитаты буквально сразу после её появления на экранах.

Шли годы, но популярность мультфильма не угасала, а, напротив, развивалась с каждым новым поколением посмотревших его ребят. Взрослая же публика вспоминала любимых героев и песни в их исполнении с чувством теплой и радостной ностальгии. И вот пришла пора воплотить известную историю на театральной сцене.

Напомню, что в мультике почти нет диалогов, сюжет развивается стремительно почти целиком на песнях. Но чтобы поставить спектакль на сцене театра, нужна драматургия, то есть пьеса, которую и сочинил некий Валерий Ткачук.

Скажу сразу, постановка, которую осуществил художественный руководитель оренбургской драмы, народный артист РФ Рифкат Исрафилов, получилась яркая и увлекательная. Актеры буквально купаются в ролях, радуясь вместе со зрителями. Учитывая, что большинство драматических актеров нашего театра – люди поющие и очень пластичные, то музыкальный ряд прошел, как говорится, «без сучка и задоринки». И драматическое воплощение образов, опирающееся, как это и положено, на систему Станиславского, вышло очень убедительным.

Это, что касается постановки. Претензии же можно адресовать, пожалуй, к драматургическому материалу. Пьеса В. Ткачука получилась, на мой взгляд, несколько тяжеловесной и многословной. То, что происходило в фильме на протяжении 20-ти минут, увеличилось в спектакле еще на час. Некоторые диалоги вышли  путаными, а многословие, это знают все, никогда не шло на пользу детскому спектаклю. Впрочем, актеры с успехом преодолевают эти трудности, исключительно благодаря своему таланту и безукоризненному чутью постановщика Рифката Исрафилова, который сумел сделать спектакль ярким и динамичным.

Теперь о сюжете. Как все помнят, дело там происходит в некотором царстве, в некотором государстве, где у Царя-батюшки большие проблемы с финансами. Спасти царство-государство может только удачное замужество царевны Забавы, и желательно, чтобы избранником её стал очень богатый человек. Царевна же мечтает совсем о другом – «А я не хочу, не хочу по расчету, а я по любви, по любви хочу!» Тем более, что предмет любви уже обозначен – это простой парень, печник Иван.

Но представитель силовых структур, воевода Полкан (по - нашему – министр обороны), убеждает Царя, что именно он может стать спасителем государства, так как обладает нужными средствами, которые готов инвестировать в развитие страны, если Забава станет его женой. Такова предыстория сказки, весьма понятная человеку любого возраста.

Но дальше все у Полкана и Царя пошло не так, как они планировали, потому что на помощь влюбленным пришла настоящая «нечистая сила» в лице Водяного и двух лесных жительниц, именуемых Баба –Яга, младшая из которых стала активной помощницей Водяного в деле спасения Ивана и построенного им Летучего корабля. В общем, зло в лице представителей властных структур потерпело сокрушительное поражение, а добро в лице «нечистой силы» (большой поклон Михаилу Булгакову!), помогло Ивану и Забаве улететь на волшебном корабле в дальние дали, где их ждало счастье.

Вот такая история развернулась на сцене театра. Она была всем понятна и вызвала бурю эмоций у присутствующих ребятишек. Несомненна заслуга в этом исполнителей основных ролей. Царь, в исполнении заслуженного артиста РФ Бориса Круглова, как это и водится, мягкотел, не способен к принятию кардинальных решений, действует под влиянием куда более сильных личностей. Артист убедительно демонстрирует «слабость власти», и одновременно любовь к дочери, что навевает определенные аллюзии.

Дмитрий Воропаев в роли Полкана также выразителен, и убедительно принимает на себя всю силу зрительской непрязни, как единственный отрицательный герой.

Влюбленная пара – Иванушка и Забава, в исполнении Андрея Иванова и Александры Бражниковой – пластичны, музыкальны и с первых минут появления на сцене, завоевывают зрительские симпатии.

 

Главные же восторги вызвали, как и водится, Водяной (заслуженный артист РФ Сергей Кунин) и малая Баба-Яга, или бабка Ёжка (Татьяна Вдовина). Парадокс, но именно они стали любимцами зрителей. А может, это и должно быть именно так?

Герой новой постановки, холостой архитектор Бернар, думает, что знает суть женского характера. Своим любовницам он даёт надежду, называя их невестами. Но его хитроумный план однажды  даёт сбой, и сам герой, попадая в комичные ситуации,  оказывается обманутым.

Пьесу французского драматурга Марка Камолетти «Боинг-боинг» поставил молодой режиссёр, хорошо знакомый оренбургскому зрителю Александр Фёдоров.

 

- Александр, имя автора и история этого спектакля, который ставится в 60 странах, уже вроде бы  гарантируют какой-то успех?

 

- С одной стороны да, вроде бы и гарантирует, с другой, я, посмотрев разные постановки этой комедии, побоялся, что вдруг не получится избежать стереотипов, штампов. Это очень популярная пьеса, но не всегда она получается смешной.

 В кризисный период  людям нужно предложить в том числе и что-то лёгкое, доступное, чтобы зритель мог просто придти в театр и отдохнуть. Поэтому была поставлена задача найти какую-то новую комедию. Когда прочитал «Боин-боинг», появилось ощущение, что можно сделать как-то красиво, стильно.  Первое, о чём подумал, посмотрев отрывки из постановок  других театров: это же «Дон Жуан», по сути дела.  А я обожаю этот спектакль Рифката Вакиловича Исрафилова, где в главной роли был Юрий Бажанов.

 -  Заядлый холостяк,  ловелас выбрал  бортпроводниц из разных авиакомпаний с тем, чтобы их прибытие в Париж никогда не совпадало. Сюжет  для  молодёжной аудитории?

-  Когда делаешь спектакль, не думаешь, что ставишь для  какой-то конкретной публики. Были такие предположения. Но на премьеру пришёл разновозрастный зритель, и воспринял очень  хорошо. Музыкальное оформление, конечно, современное. Но не думаю, что взрослым людям это не интересно.

- Вы сказали,  что зритель должен отдохнуть, но, может, даже и порадоваться за героев?

-Да, а, может,  даже и осознать: я сам живу неправильно и вот к чему в итоге могу прийти. Задуматься, есть ли смысл жить именно так.

-  Пьеса «Боинг-боинг»  написана по классическим канонам драматургии. Это же комедия положений. Но чья заслуга – автора, режиссёра, актёров в том, что все герои практически даются в развитии, происходит их эволюция? Достаточно редкое явление в современной драматургии. Особенно ярко это прослеживается на образе школьного товарища главного героя  Робера. В начале простофиля простофилей. И эдакий бравый ловелас, уверенный в себе молодой человек   в конце.  Каждый в итоге остаётся удовлетворён.  Даже домработница, Берта, заслужившая прибавку к жалованию, которую мне, по правде, было очень жаль в конце.

-  Постановка «Боинга…» это такой был  хороший творческий процесс.  Многие сцены мы просто убрали,  что-то досочинили. Что касается Берты, нам нужно было как-то завершить этот персонаж. Молодой актрисе Юле Ковальчук сначала было непривычно играть странноватую, немного мужеподобную женщину. Потом, когда она схватила суть её характера, сама стала  предлагать разные детали, её остановить было невозможно. Если актёр понимает, что нужно делать, режиссёру уже мало что остаётся додумывать.  

. По пьесе – Берта просто служанка и ничего более. А эту линию любви  мы стали развивать сами. Все хотят любви: Бернар окружил себя женщинами, Робер приехал  в Париж с желанием жениться.   Берта всё это видит, и ей тоже хочется  любви, и она  её находит уже практически на поклоне  - в зале.

- Совершенно придуманная во время постановки сюжетная  линия  с Бертой очень оригинальна. И, получается,  в спектакле практически  нет второстепенных  ролей. Все шесть актёров – главные герои.

 

- Да, здесь все друг с другом связаны – хорошая комедия положений, хорошо написана.  И каждый достоен любви, каждый получает то,  чего заслуживает. Мы старались, чтобы всё было по-человечески, по-живому достоверно.

Во время репетиций сочиняли много этюдов – историю каждого персонажа: какой он может быть, откуда. Например, этюды на тему встреч: какое  прошлое, объединяло старых школьных друзей? Так появился танец при их встрече. Они только начинают движения, и на них нахлынула волна воспоминаний.  

-  Султанбеков с Меденюком по типажу совершенно  разные. Вы специально так подбирали  героев-любовников?

- Есть у нас в театре актёры, которые подобные характеры уже играли, и заново дать возможность сыграть – для них это уже повтор. А вот  пригласить актёров, которые через это ещё не проходили,  всегда интересно. Конечно, не факт, что удачно получится, но они могут показать какие-то новые грани, внести новые краски.

-  Каков Султанбеков,  каков Меденюк в роли Бернара? Какие они Дон Жуаны?

 

- Эдик боле эмоционален, в нём психофизика такая  энергетичная. Он острее воспринимает ситуацию. А Максим –   рационален, более статный, он добрый человек по натуре и это проскальзывает в образе его героя. Он – интеллигентный.  Поэтому и сумел, как человек умный и привлекательный,  окружить себя такими девушками. И они могли ему поверить. Даже обидеться на него сложно.

- Обычно, порок  бывает наказан. У вас он, по-моему,  вознаграждён. Нет?

- Что считать пороком Бернара? Мери, его девушка-американка,  тоже оказалась не промах.  Она крутила сразу с троими и бросает его ради миллиардера. Марта –  непростая, в первый же день по сути сказала, что любит другого.  Они стоили друг друга.  Единственно, кто был чист – Робер. Я его изначально так и выстраивал. Мишель – это отражение его души, поэтому он и тянется к ней.

- Александр,  три премьерных дня показали, что спектакль воспринят  публикой очень благосклонно. Желаем вашей постановке долгой истории на оренбургской сцене.

ФАКТ

Наиболее известная пьеса французского комедиографа Марка Камолетти «Боинг-Боинг» переведена более чем на 40 языков мира. Она занесена в Книгу рекордов Гиннеса как самая часто исполняемая французская пьеса.

 

 

 «Боинг-Боинг» - пятая постановка режиссёра Александра Фёдорова на сцене оренбургского драматического театра. До неё были поставлены « Блэз», «Золушка», «Лейтенант с острова Инишмор» и   «Таланты и поклонники».

Если б я был султан…А почему бы и нет? В век научно-технического прогресса возможно все. И даже не обязательно иметь трех жен – три  невесты еще лучше! Не жизнь, а сплошной медовый месяц устроил себе главный герой французской пьесы «Боинг-Боинг» Марка Камолетти, поставленной  на сцене Оренбургского областного театра драмы режиссером Александром Федоровым.

Популярное во всем мире французское «блюдо» - комедия приготовлено им  по  классическому рецепту: достаточно остро, пикантно, но, тем не менее,  свежо  и не имеет дурного послевкусия.  Даже  если местами возникает ощущение, что шутки балансируют на грани  пошлости, то все это искупается  праздничной атмосферой спектакля, динамичным действием и бешеной энергетикой. И в этом, в первую очередь, заслуга прекрасных дам – трех очаровательных стюардесс, которые искренне влюблены во французского архитектора Бернара в исполнении Эдуарда Султанбекова  и не сдерживают своих эмоций. Мэрииз «AmericanAirlines», Мартаиз «Lufthansa» иМишельиз «AirFrance»  не подозревают о существовании друг друга и о том, что Бернар хитроумно и довольно цинично  выстроил свою личную жизнь в соответствии с расписанием полетов. Каждые  два-три дня к нему прилетает новая женщина – одна лучше  другой. Образы стюардесс – «француженки»  Юлии Каштановой,  «немки» Анастасии Павловой и «американки» Лейлы Гусейновой получились  настолько соблазнительными – от костюмов, подчеркнувших красоту актрис, до завораживающей игры, подтягивающей в общем-то незамысловатую пьесу до уровня притязаний  взыскательно зрителя.

Да, не жизнь у Бернара – а мечта любого мужчины! От нее, как от глотка хорошего французского шампанского, голова идет кругом не только у зрителей, но и у школьного друга Бернара, смешного толстяка Робера – актера Романа Ефимова. Что ж, у него появляется шанс испытать на себе, что может произойти, когда мечты сбываются. Поначалу сюжет «Боинг-Боинг», как и любой комедии положений, довольно предсказуем. Главный герой с помощью привыкшей к подобным перипетиям  служанки Берты (именно ей в исполнении Юлии Ковальчук, бесподобной в этом комическом образе,  достались самые громкие аплодисменты) виртуозно  выкручивается из неловких ситуаций.  И, конечно, наступает такой день, когда волею судьбы и нового расписания  все три возлюбленные спускаются с небес одновременно.

Бернар тщетно пытается найти запасной выход и катапультироваться… Можно представить, чем бы все кончилось в реальной жизни или, скажем, в пьесе Шекспира. Но за финал французских комедий беспокоиться не стоит.  Здесь каждый ( ну или почти каждый) найдет свою вторую половинку. Дамы  легко воспримут новые обстоятельства, и, на радость всем феминисткам,  окажется, что не один Бернар  вел тройную игру. Но, главное, благодаря всей этой неразберихе  наступит момент истины – наш циничный холостяк поймет, кого он любил на самом деле.

 

Как известно, пьеса «Боинг-Боинг», написанная в 60-е годы прошлого века,  занесена в Книгу рекордов Гиннеса как самая часто исполняемая по всему миру французская пьеса. Она поставлена в 60 странах мира и переведена более чем на 40 языков. В Оренбурге «Боинг-Боинг» приземлился впервые и,  судя по реакции зрительного зала,  успешно. Думаю, свою интересную игру представит еще один «экипаж» - в этом  составе  в образе  Бернара предстает вечно положительный герой  Максим Меденюк,  а роли его подруг и служанки  исполнят Алсу Шамсутдинова,  Наталья Лавриненко и Дарья Ерещенко. 

Три стюардессы, три авиакомпании, три страны и один мужчина. Новая постановка оренбургского драмтеатра «Боинг-Боинг» научит вас хитростям полигамии, а, может быть, наоборот, докажет, что нет ничего ценнее любви одного единственного человека.

Стандартная комедия положений, когда каждую минуту на сцене закручивается новый виток интриг, хоть и была поставлена по самой популярной французской пьесе современности, изначально не предвещала ничего необычного. Круговорот любовных историй, неловких ситуаций и комичных персонажей – это, пожалуй, стандартный набор для этого жанра. Однако режиссёру Александру Фёдорову и молодому составу актёров театра удалось приготовить из этих обычных ингредиентов настоящее французское лакомство, способное украсить любой вечер и оставляющее приятное послевкусие.

Наблюдать за тем, как любвеобильный Бернар (Эдуард Султанбеков) строит свою личную жизнь, основываясь на расписании трёх стюардесс из Франции (Юлия Каштанова), Америки (Лейла Гусейнова) и Германии (Анастасия Павлова ), довольно занятно. Улыбку вызывает и его провинциальный друг Робер (Роман Ефимов,), который после первого шока от хитростей товарища с азартом переходит к роли его помощника и настолько увлекается игрой, что было бы не удивительно, если бы в итоге этот «крылатый» гарем перешёл по наследству именно к нему.

Однако кто вызывает поистине гомерический хохот, так это служанка ловеласа – Берта. Этот серый кардинал дома с грубыми манерами и ищущей любви душой, стал настоящим любимцем публики. Бес сомнения, в этом заслуга не только режиссёрской работы, но и исполнения Юлии Ковальчук, которая в «Боинг-Боинг» в полной мере раскрыла свой актёрский и юмористический талант. Её персонаж стал, пожалуй, главным подарком зрителям, ведь каждое появление Берты сопровождалось целой плеядой смешных ситуаций.

Среди достоинств постановки хочется отметить и приятный музыкальный и визуальный фон, и динамичность развития событий. Кажется, что спектакль проходит на одном дыхании. Единственным спорным моментом лично для меня стала сцена с топтанием бумажного самолётика и радостным предположением Берты, что один из Боингов невест попал в авиакатастрофу. Довольно рискованный момент, на мой взгляд, учитывая печальную регулярность таких трагедий. Но жизнь есть жизнь. И только юмор помогает нам в ней не потеряться.

 

До начала весны «Боинг-Боинг» покажут оренбуржцам ещё четыре раза. В марте запланировано ещё пять показов. Так что у желающих окунуться в атмосферу свободных нравов французской любви шансов достаточно. Но, торопитесь! Учитывая громкий успех премьеры, попасть на неё, по всей видимости, будет не так-то просто. С чем театр, режиссёра и актёров с удовольствием поздравляю!

Немало уже написано и сказано о готовящейся в Оренбургском драматическом театре премьере – спектаклю по пьесе французского комедиографа Марка Камолетти «Боинг-Боинг». Интрига нарастала постепенно, все любители театра были в напряженном ожидании, и вот – премьера!

Нелишне напомнить, что «Боинг-Боинг» вошел в книгу рекордов Гиннесса, как наиболее исполняемая в мире французская пьеса. Раз так, то попробуем разобраться – почему, что в ней такого необыкновенного, привлекающего внимание режиссеров всего мира? Да именно то, что она – французская в самом лучшем смысле этого понятия. Ведь Франция среди всех европейских стран давно заработала клише страны, где живут самые любвеобильные мужчины.  Это постулат неоднократно пытались оспорить испанцы и итальянцы, но не сложилось. Немецкие и, например, скандинавские, кавалеры даже и не пытались, ввиду полной несостоятельности. А русских мужчин об этом никто не спрашивал.

Так вот, история довольно состоятельного парижанина Бернара, который решил поиграть в Дон Жуана ХХ века, оказалась настолько симпатичной, что театры всего мира вот уже более 50-ти лет наперебой покупают право постановки этой в общем-то незамысловатой истории.

В России эта пьеса активно идет в антрепризном варианте начиная с 90-х годов. В Оренбурге поставлена впервые.

Режиссер Александр Федоров в различных интервью рассказывал о том, что главное – не переусложнить эту историю, сделать её по-настоящему легкой и веселой. Скажу сразу, эта задача была выполнена. Зритель, желающий хорошо отдохнуть от повседневных забот-хлопот, осуществит это желание в полной мере, а таковых в нашей стране и в городе, в последнее время большинство.

Не секрет, что театральный и кинозритель в России, в последние два-три десятилетия сильно изменился. На смену проблемной драматургии пришли комедии «одноразового» пользования или мелодрамы с обязательно счастливым финалом. Участь просмотра серьезных драматических произведений, а также авангардного театра оставлена, в основном, жителям столиц или крупных мегаполисов типа Екатеринбурга («Коляда-театр») или Перми (проекты Бориса Мильграма) и некоторых других. Да и в Москве не все так однозначно. Так, один известный руководитель столичного театра рассказал, как был совершенно потрясен, когда, на его вопрос, адресованный другу, профессору ВУЗа, между прочим – что бы он хотел посмотреть в театре, тот, не задумываясь, ответил – «да, чтобы поржать!».

Так вот, «поржать» в пьесе Камолетти будет над чем, и смех этот будет не натужным, а добрым и естественным. А многие мужчины будут искренне завидовать парижанину Бернару, и не только потому, что он обзавелся аж тремя (!!!) подружками, но и тому, как сумел организовать и устроить свою личную жизнь. Здесь надо будет отдать должное и четкой работе международных авиакомпаний – ведь все девушки Бернара – это стюардессы, и жизнь героя строится в зависимости от расписания авиарейсов. Интересно и то, что в зависимости от места жительства барышни, три раза в неделю меняется и образ жизни, и гастрономические пристрастия. Так что, адреналина в жизни Бернара – хоть отбавляй! Но всему хорошему, следуя «закону Мерфи», когда-то приходит конец.

Не обратил наш незадачливый «дон Жуан» в пылу жарких объятий внимание на слова своих подружек о том, что со следующего дня каждая из них (Мэри из «American Airlines», Марта из «Lufthansa» и Мишель из «Air France») будут летать на новом «Боинге», и, возможно, расписание полетов будет изменено. Вот тут-то он и попался. Все три красотки оказались в Париже одновременно, и все с претензией на вероятное счастливое замужество.

Нет нужды дальше рассказывать о том, какие невероятные события свалились на голову нашего героя – это надо видеть. А посмотреть в спектакле «Боинг-Боинг» в постановке Александра Федорова есть на что.

Очевидный плюс – это динамика спектакля, он движется как шасси самолета по взлетной полосе, и даже «вставные» музыкальные номера не тормозят действие, а становятся определенной его составляющей. Далее, несомненно, удачен подбор актеров на главные роли. Хотя, здесь, как ни странно, пальму первенства зрители отдали не главному герою Бернару, не его очаровательным невестам, а служанке Берте в блестящем исполнении практически дебютантки Юлии Ковальчук. Уже начиная с середины первого действия, каждый выход этой героини сопровождался аплодисментами. Парадокс, но неглавная, по сути, героиня становится самым ожидаемым в спектакле действующим лицом.

Также приятно отметить еще одного «неглавного» персонажа, это друг главного героя, провинциал Робер, приехавший в столицу буквально на пару дней, и оказавшийся в самом центре водоворота, разыгравшихся событий. Веселый толстячок, в исполнении Романа Ефимова, хоть по внешним данным и уступающий  парижскому «альфа-самцу», вызывает неподдельное участие и зрительскую симпатию.

Но это не значит, что главные герои получились неинтересными. Ни в коем случае! Напротив, хочется просто восхититься физической формой девушек, исполняющих роли очаровательных стюардесс. Француженка Мишель (Ю. Каштанова), американка Мэри (Л. Гусейнова) и немка Марта (А. Павлова) демонстрируют, помимо прекрасной внешности, еще и яркую актерскую игру. А главный герой в исполнении Эдуарда Султанбекова, настоящий «перпеттум мобиле», попавший в заколдованный круг, вызывает поочередно то удивление, то симпатию, то восторг, то жалость. И все это – в абсолютном соответствии с авторским замыслом.

Такой вот веселый парижский вечер ожидает зрителей, пришедших на новый спектакль Оренбургского драматического театра им. Горького. И что приятно, можно и посмеяться и задуматься над тщетой амбиций некоторых мужчин, желающих доказать всем, что они могут справиться со всеми проблемами. Но, увы! – тезис «и жить торопится, и чувствовать спешит», не всегда является выигрышным.

 

Спросите – а чем дело-то закончилось? Так приходите и смотрите спектакль.

Не женился Кречинский. Свадьба расстроилась. Но, главное, что зрители – нет. Уходящий 2016 год Оренбургский драматический театр закрыл зрелищной постановкой по пьесе Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского».

Спектакль подготовил московский режиссёр Сергей Яшин, известный оренбургским театралам по постановке «Вассы Железновой». Пьесу со 160-летней историей он выбрал как раз к 160-летию нашего театра, заодно подготовив и бенефис актёра Сергея Тыщенко.

Итог получился интересным, но не без изъянов. Из того, что, безусловно, порадовало зрителей – это оформление сцены и костюмы героев. Платье Лидочки до сих пор не даёт мне покоя – настолько ладным и стильным оно получилось. Учитывая современную моду на длинные платья, вполне вероятно, что однажды мы встретим такой наряд на одной из зрительниц спектакля.

Декорации также получились приятными глазу и весьма дельными. Они легко трансформировались, помогая сцене превращаться то в дом Муромских, то в холостяцкую берлогу Кречинского. А огромные карты, взирающие с высоты на происходящее, постоянно напоминали о том, что всё это – игра. По крайней мере, для главного героя, проигравшего, кажется, уже всё, кроме собственной души. Да и то – вопрос. Уж больно он в исполнении Сергея Тыщенко получился дьявольски обаятельным и расчётливым.

Человек, заигравшийся настолько, что и своё спасение – наследство богатой невесты, — он видит никак иначе, как очередную ставку. И эту «шкуру неубитого медведя» он готов поставить на кон ради большего богатства. А пока Кречинский должен всем и каждому, и судьба его зависит от того, принесёт ли ему денег растяпа Расплюев, битый на каждом углу за шулерство. К слову, исполнитель этой роли Сергей Кунин, как всегда порадовал характерной игрой и внёс ту толику юмора, без которой спектакль потерял бы изюминку.

Остальные актёры также прекрасно справились с задачей. Ольга Бересток, для которой Лидочка — первая большая роль на сцене, — была и наивна, и проста, и в последней сцене достаточно стойка. Хорошо исполнила она и вокальные партии, хотя, на мой взгляд, эта задумка с музыкальными вставками из старинных романсов была хоть и интересной, но не всегда уместной. Люди, ни с того ни с сего начинающие петь посреди разговора, всегда вызывали у меня некоторое недоумение

Сомнительным показался и образ Нелькина. Вроде бы солидный и высоконравственный персонаж, а показан почти что местным сумасшедшим, кажется, не от любви, а от скверности характера пытающегося сорвать свадьбу Лидочки и Кречинского.

Ну и главное замечание, которое хотелось бы сделать – это чрезмерная затянутость спектакля. На три часа здесь нет ни интриги (честно говоря, и так – довольно легко угадываемой), ни действия. И обилие персонажей (зачем, к примеру, было вводить роли прачки, дровника, извозчика, в пьесе фигурирующие лишь на словах?) этого не искупают. На мой взгляд, будь спектакль несколько легче и короче, смотрелся бы гораздо живей и интересней.

 

А посмотреть его — порекомендую. Уже одна сцена объяснения Лидочки с Кречинским, когда он вдруг обнаруживает в своей душе способность любить, многого стоит.

В афише Оренбургского драматического театра имени М.Горького – новый спектакль. «Свадьбу Кречинского» А.Сухово-Кобылина поставил столичный режиссер народный артист России Сергей Яшин, сценография и костюмы – московского художника Елены Кочелаевой.
Некто выскакивает из зрительного зала, взъерошенный и переполненный чувствами настолько, что начинает дирижировать невидимым оркестром. Он знает, как должна звучать музыка. Кому, казалось бы, и дирижировать человеческой симфонией, как ни честному и праведному человеку! (Что он именно таков, станет понятно чуть позже). Но почему, когда открывается занавес, его дирижерская палочка оказывается бессильной? Людей кружит какая-то неведомая, неподвластная никому стихия. И почему он, этот Нелькин, пример морали и чистоты помыслов, прямо-таки шут гороховый?
А потому, что добродетель чаще всего смешна и нелепа, а порок ярок и привлекателен. И не всегда обществом рулит положительный во всех отношениях человек. О чем и напоминает нам новая «Свадьба Кречинского».
***
Современно читает историю полуторавековой давности режиссер-постановщик Сергей Яшин. (Нам ведь кое-что в ней непонятно: не только слово солитер, обозначающее крупный бриллиант, но и бурное возмущение по поводу того, что главный герой закладывает в ломбард фальшивую драгоценность. Интересно, какая часть зала разделяет это чувство, а какая считает, что так с ними, ростовщиками и кровопивцами, и надо?) И вот появляется в спектакле некое анонимное сообщество, состоящее из человеческих, но не персонифицированных особей. Назовем его… среда. Среда, по известному выражению русских писателей Х!Х века, заедает. (Что бы они сказали о сегодняшней, которая не то что заедает, заглатывает человека с руками и ногами?!) Так вот в спектакле эта среда мимикрирующая – в доме Муромских одна, исконно-посконная, в холстине; у Кречинского – другая, салонная и фрачная. Но везде она – хищная. Почти постоянно присутствуя на сцене, втягивая в свою обезличенную орбиту действующих лиц, она очень опасна. Состоит из низменных страстей, соблазняет, морочит, сбивает с панталыку, усредняет, лишает индивидуальности. Апофеоз воздействия гибельной среды являет собой Расплюев, сыгранный заслуженным артистом РФ Сергеем Куниным, быть может, чересчур физиологично. Хотя как посмотреть: ведь и правда, в этом разрушенном, напрочь лишенном нравственных устоев, бесхребетном, аморфном персонаже от человека осталась одна оболочка. Заметим, что Кречинский общается со средой вполне по-свойски.
Мужское обаяние и фактурная наружность заслуженного артиста РФ Сергея Тыщенко приходятся как нельзя кстати к роли Кречинского. Не возникает никаких вопросов, почему от него без ума прекрасная половина безотносительно ее возраста. Умение держаться и уверенность в себе – С. Тыщенко играет стопроцентного згоцентриста, поэтому соответствующее поведение не составляет для него труда, - производят впечатление и на другую половину человечества. 
Под чары главного героя попасть не так трудно (не забудем, что на стороне Кречинского и злоумышленная среда), что и объясняет сдачу позиций помещиком Муромским, пребывавшим до поры до времени в оппозиции к нему и его притязаниям на руку и сердце дочери Лидочки. Заслуженный артист РФ Юрий Труба видит своего героя человеком добрым и разумным, но не умеющим противостоять как мужскому натиску, так и женским слезам. Особенно тяжело ему держать оборону в собственном доме. Внутренние колебания героя выражаются в какой-то неустойчивости фигуры, его буквально поводит из стороны в сторону от душевного смятения.
Замечательно удалась роль тетеньки Лидочки Анны Антоновны актрисе Наталье Пановой. Было бы пошло подозревать эту моложавую особу в какой-то личной женской симпатии к красавцу Кречинскому. И Наталья Панова не поддается на лежащее на поверхности искушение намекнуть на тайную склонность ее героини. Кречинский нравится ей, так сказать, бескорыстно, несмотря на одну красноречивую фразу. Эта фраза становится лишним доказательством сокрушительного обаяния героя, а не нечаянным откровением. Анна Антоновна - Н.Панова вполне светская дама, умеющая выглядеть, носить туалеты, приобретшая за годы московской жизни городское обхождение и искренне заблуждающаяся относительно положения и достоинств Кречинского и счастья своей племянницы (ах, среда, среда - вездесущее наваждение!).
А что же Лидочка – немаловажная составляющая центрального дуэта спектакля? Очень-очень немаловажная – невеста как-никак. Кречинский – Тыщенко смотрит как бы сквозь нее. Лидочка мила, даже очаровательна, но не малейшего мужского влечения он к ней не испытывает. Интерес у него абсолютно корыстный, чего он ничуть не стыдится и камуфлирует перед окружающим довольно лениво.
Лидочка Муромская – первая большая роль молодой артистки Ольги Бересток. Лидочка легка, изящна, свежа, бутон одним словом. И одновременно, что нередко случается, ужасно глупенькая. Нет-нет, не дура, не дурочка, а именно глупышка. Не то что не знающая, не представляющая даже жизни. ( И ее ведь пытается закружить, закуражить морок среды). Лидочка не против руководства тетушки, поскольку взгляды той отвечают ее собственным. Недавно попала она в свет, и он кажется ей обворожительным, как и Кречинский, неотъемлемая его часть. Лидочка – О.Бересток так же запросто приспосабливается к новым обстоятельствам, как играючи управляется со своей юбочкой-абажуром.
Что неприкрытое равнодушие Кречинского – С. Тыщенко, что неизбежно присущая юности пылкость Лидочки – О. Бересток – ничто не говорит о любви меж ними. Любит ли Кречинский Лидочку? Да ничуть, откровенно безразличен, показно равнодушен. Пылкость Лидочки тоже ни о чем не говорит. Увлечена, безусловно. Но чем? Щегольством, лоском. Любовь здесь не причем. Вот ведь и романсы, которые исполняются в этом спектакле, звучат как-то странно, чересчур технично: это только намек на пение, на чувства. В них не говорит душа. В Лидочкином случае – пока не говорит. В случае с Кречинским по причине отсутствия сердца.
Не о любви речь в этом спектакле. А о чем? Давайте обратимся к сцене развязки. 
Разоблачение Кречинского как лжеца и мошенника производит ошеломляющее впечатление на семейство Муромских. Петр Константинович и Анна Антоновна просто утратили почву под ногами. А вот Лидочка как раз ее обрела. Она делает единственное, что как раз и должна сделать чистая и непорочная душа – спасает ближнего. Любит- не любит – дело не в этом. Важен благородный порыв, который она совершает и который ее поднимает – во взрослость, в осознание жизни, в отрыв от среды, наконец.
Что же до Кречинского, то проборматываемая им реплика насчет «баб» ничего не объясняет и не прибавляет к его натуре. Он существовал на протяжении всего спектакля как обманщик и пройдоха. Он превращался в подлеца и успешно в него превратился. Приобрел, так сказать, законченность характера. И это итог развития личности Кречинского в спектакле С.Яшина.
Лирический эпилог кажется некой уступкой художественным стереотипам, предписывающим непременное преображение героя к лучшему или хотя бы обещания такового в будущем. Да, Станиславский считал, что актер должен быть адвокатом своего героя. Всегда ли следует так поступать? И почему бы иной раз актеру не выступить прокурором по отношению к своему персонажу?
В данном случае, объявляя Кречинского законченным негодяем, разве не выходит спектакль к счастливому финалу – зло не одержало очередной победы, юная героиня спасена от брака (и вместе с тем от влияния среды), которые ее бы погубили.
Свадьбы не будет. И слава богу!

Признаюсь, новую постановку Оренбургского театра драмы спектакль «Свадьба Кречинского» ждала с нетерпением. В интервью с режиссером, народным артистом России Сергеем Яшиным услышала фразу, которая совпала с моим отношением к персонажу Александра Сухово-Кобылина.

«Каждое время предлагает нам свои игры. И не важно: карты ли, казино, игра в бизнес, в карьеру… Люди жертвуют чем угодно, лишь бы только сохранить возможность для игры - той жизни, которую они вели и ведут. Это история заигравшегося замечательного и прекрасного человека, каким является Михаил Кречинский», - сказал тогдарежиссер.

Еще более возросло желание побывать на премьере после разговора с исполнителем главной роли Сергеем Тыщенко, поскольку артист вне сцены -  противник всякой позы, игры и притворства.

И вот свет в зале погас, на сцену взбирается Сергей Шахмуть в роли помещика Дмитрия Нелькина. Он сначала неспешно, а потом все неистовей начинает играть на невидимом инструменте, словно предвещая горькую судьбу своему сопернику Михаилу Кречинскому.

Действо по мере приближения к кульминации все более ускоряется, напоминая метель, в котором счета, карты, лица мельтешат и мельтешат, а проблемы, настойчивость кредиторов нарастают. Все больше и больше растет беспокойство у Кречинского, все страшнее ему рисуется будущее. Но герой все еще слеп, он не видит истинную причину своих бед, ему все кажется, что достаточно из манжеты выудить пусть и крапленого, но все же туза, и все наладится. Сумрак гибели затмевает легкость победы за сердце Лидочки, наивной тетушки и сурового папеньки Петра Муромского.

И козырь отыскивается: Михаил Кречинский решается взять у своей невесты Лидочки драгоценный камень и заложить его в ломбарде под хорошие деньги. Вот только бриллиант-то он подменил на фальшивый. Но мук совести Кречинский не испытывает, ведь это только блеф, игра, а не мошенничество.

В этот момент Тыщенко-Кречинский, великолепен. Его герой так ликует, что ему удалось перехитрить злодейку Фортуну…

А потом героя ждет полный крах. Все тайное становится явным. Неджентльменский поступок светского льва становится всеобщим достоянием, но самое ужасное, что в собственных глазах Кречинский пал, пал он и в глазах Лидии Муромской. Кречинский проиграл, все проиграл, имя, любовь, жизнь, но, правда, приобрел шанс на возрождение.

Спектакль получился необыкновенным, каждый зритель здесь узрит что-то свое, здесь так много деталей, жестов и отсылок к другим источникам.

Многие после просмотра говорили о завораживающем эффекте декораций, превративших сцену в большой игральный стол. Карты, проходившие красной нитью через весь спектакль, приковывали внимание, манили и пленили.

 

И в заключение хотелось бы отметить игру Сергея Кунина, блестяще сыгравшего альтер-эго Кречинского, Александра Папыкина в роли зажиточного провинциала Петра Муромского.

В прошлую пятницу был приглашён на свадьбу. Народу собралось - уйма, да свадьба расстроилась. Жених, говорят, оказался пройдохой…

 

«Свадьба Кречинского» наделала много шума в Москве в XIX столетии. И с тех пор не сходит со сцены. Столичный режиссёр Сергей Яшин на прошлой неделе представил премьеру неоднозначной комедии в оренбургском драматическом театре.

 

Смешно или грустно?

Идея пьесы в драматургии позапрошлого столетия не нова. Героев - игроков, пройдох и прожигателей жизни, готовых в любой ситуации ухватиться за хвост птицы счастья, на сцене появлялось немало. Но так, чтобы, что называется, в один флакон все пороки и достоинства были слиты, удалось сделать Александру Сухово-Кобылину. Фабула пьесы тоже не нова. Михаил Кречинский к сорока годам промотал все средства и единственную возможность обеспечить себе тихую спокойную старость видит в выгодном браке. Жертву он определил быстро. Это юная Лидочка, девушка небольшого ума, дочка зажиточного ярославского помещика Муромского. Старик купил в Москве дом, но тяготится столичной жизнью. Чего не скажешь о его сестре, мечтающей обустроить дом по-светски, чтоб и балы у них были, и приёмы. Поэтому тётушка Анна Антоновна быстро прониклась уважением к господину Кречинскому – человеку, вкус во всём имеющему. Лидочка так же быстро воспылала к нему любовью, и друг её папаши Владимир Нелькин, имевший виды на юную деву, оказался не у дел. Зная разные нехорошие слухи про Кречинского, что он игрок и в долгах весь, решает вывести его на чистую воду. Что у него в итоге и получается. Кречинский вместо драгоценной броши с бриллиантом всучает ростовщику Беку безделушку со стразами. Обман вскрывается, Кречинского полицейский готов уже взять под руки, однако добрая душа Лидочка отдаёт Беку свою брошь. Но счастье её с Кречинским уже невозможно.

Кто не видел этой комедии, спросит, а что же здесь смешного? Вопрос совершенно правомерен. Некоторые современники Сухово-Кобылина отмечали, что пьеса имеет трагический характер. Действие развивается довольно драматично для всех главных героев. Их жаль в конце спектакля, завершающегося довольно эмоционально.

Хотя по ходу действия Кречинский и отпускает множество колких и остроумных фраз, вызывающих улыбку зрителя, но именно улыбку – не больше.

Комедийное действие удачно определяется другом Кречинского – Иваном Расплюевым.

Автор пьесы показывает его маленьким ничтожным человечишкой, плутом, постоянно попадающим в переплёт. Иван Антоныч умудряется за день трижды получить трёпку. Эмоционально, блистательно создал образ падшего человека заслуженный артист России Сергей Кунин. По мне, так это одна из лучших его работ. Он в каждый момент вызывает у зрителя различные чувства: то отвращение, то смех, то жалость.

 

У каждого своя страсть

Режиссёр-постановщик Сергей Яшин заявил главного героя пьесы как «заигравшегося замечательного и прекрасного человека». Сергей Тыщенко в роли Кречинского именно таков. Он умён и нежаден, бывает суров со своими подчинёнными, то есть имеет характер. Актёру удалось гармонично войти в образ породистого светского льва с одним лишь изъяном – пустыми карманами. Он же – игрок и прожигатель жизни. Кречинский-Тыщенко буквально влюбляет в себя зрителя обаянием, эрудицией и умением найти выход из любой ситуации. И зритель, кажется, готов ему простить все грешки. Ведь кого обманул-то Кречинский – препротивнейшего ростовщика, составляющего себе состояние на бедах других людей. Это и не грех вроде.

Но действительно ли Кречинский настолько «замечателен и прекрасен»? Ответ на этот вопрос даёт текст пьесы, который, кстати, очень точно был воспроизведён в постановке. Кречинский – заложник обстоятельств. И ему нет дела до любви провинциальной девушки, которой Москва вскружила голову. Когда он заводит речь о страсти, сам же иронично про себя замечает: «Искать страсть, всё равно что искать дрова в протопленной печи». Для него жизнь - игра, но он готов играть и чужими судьбами.

«Выиграю наверняка, составлю себе дьявольское состояние и кончено: покой, дом, дура жена и тихая, почтенная старость». Собственно, эта одна реплика показывает его чёрствость и червоточину. Несостоявшаяся «дура-жена» оказалась в жизни человеком глубоко чувствующим и душевно щедрым. Она спасла своего жениха от тюрьмы. Для молодой актрисы Ольги Бересток это первая крупная роль. И она настолько прониклась обстоятельствами, что даже на поклон вышла со слезами на глазах.

 

Цитата:

«

Душу заложи… да что душу - украдь, а принеси!!!

Кречинский - Расплюеву

 

Спорные вещи

В этом спектакле много находок не только режиссёрских. Художник-постановщик москвичка Елена Качелаева довольно сложно оформила сцену: над героями дамокловым мечом висят игральные карты, и все словно бы становятся заложниками судьбы, а в какой-то момент карты и главные герои. Оригинально выстроена и прихожая дома Муромских, быстро трансформирующаяся в прихожую Кречинского.

Привлекательна работа балетмейстера Натальи Ренёвой. Она и поддерживает комичный тон, и придаёт спектаклю атмосферу таинственности и лёгкости.

А вот обилие слуг, которые в нужный момент и рабочие сцены, и скоморохи, и олицетворение пороков, не всегда кажется уместным. В какой-то момент они закрывают главных героев, на сцене кажется тесно.

Небесспорен и герой Владимир Нелькин, вдруг читающий цитаты из «Горя от ума». Сыгранный актёром Сергеем Шахмутем, этот герой глуповат и до полубезумства истеричен, кажется, делает всё, чтобы вызвать у зрителя негативные чувства. И, в общем-то, разный в разное время действия. Вначале появляется как светский франт и роковой герой, потом - простак и даже жалкий человек. Меж тем он  помещик, человек достаточно практичный, и затевает всё, чтоб не были опозорены Лидочка и Муромский. Он, может, и не так умён, но честен. Хотя и его чувства в пьесе, скорее всего, небескорыстны.

 

Факт

В Оренбургском драматическом театре имени Горького «Свадьба Кречинского» ставится уже третий раз. Актриса Наталья Панова, играющая ныне тётушку Анну Антоновну Атуеву, в предыдущей постановке была юной Лидочкой.

 

Подпись к фото:

Заслуженный артист России Сергей Тыщенко был в эти дни «дважды главным героем»: основное действующее лицо и юбиляр. В свой бенефис по поводу 50-летия он исполнил роль Кречинского.

На оренбургской сцене Сергей Тыщенко служит более двадцати лет. За это время он создал немало запоминающихся образов: Назар Дума в «Свадьбе в Малиновке», священник Дункан в «Примадоннах», шорник-мечтатель в шукшинских «Милых людях», предприниматель в «Грибном царе».

 

В новой постановке Сергей Тыщенко порадовал зрителя не только колоритной игрой, но и проникновенным исполнением романсов.

Пьеса Александра Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского» имеет в России большую и славную сценическую историю. Исполнилось 160 лет со времени первой её постановки, а интерес к ней режиссеров, актеров и, разумеется, зрителей не угасает. Причин тому – множество: и лихо закрученная интрига, и мастерски выписанные характеры, и актуальность темы, которая существовала всегда, вне зависимости от политической ситуации в стране. А тема эта – азарт, игра, ради которой можно пожертвовать всем.

Постановку в оренбургском театре осуществил московский режиссер Сергей Яшин, который придерживается традиционных взглядов на сценическое воплощение классических произведений, всячески стремясь сохранить дух и букву великого русского психологического театра. И следует признать, что произведение Сухово-Кобылина в точности соответствует лучшим традициям театрального искусства, что касается, в первую очередь, персонажей пьесы, выписанных ярко и подробно.

В русском театре всегда существовало строгое распределение ролей по амплуа актеров, и Сухово-Кобылин, в принципе, этой традиции придерживался, хотя многие стандартные характеристики претерпели у него не то чтобы изменения, но дополнения. Оренбургский театр всегда был славен актерскими удачами, и в данном случае артисты не подвели.

Итак, Петр Константинович Муромский, богатый помещик (амплуа – благородный отец). В исполнении заслуженного артиста РФ Александра Папыкина он с самого начала предстает человеком добрым, рачительным хозяином, предпочитающим деревенскую жизнь суетливому городу, и любящим отцом очаровательной дочери Лидочки. Не зря он несколько раз в течение спектакля произносит фразу «зачем мы приехали в Москву из деревни, ничем хорошим это не кончится». Но, как любящий отец, он понимает, что дочке необходимо выйти замуж, а где в деревне найти хорошую партию?... Хотя у Муромского она уже найдена – это помещик-сосед Нелькин, также предпочитающий деревню городу и спокойный отдых на природе – городской суете. Но Лидочке он не нравится, ей с ним скучно и хочется чего-то нового, неизведанного.

Лидочка (амплуа – инженю) и станет тем камертоном, на который будет настраиваться все действие спектакля. Недавняя выпускница театрального отделения института искусств Ольга Бересток сыграла в спектакле свою первую большую костюмную роль и вполне справилась с этой нелегкой задачей. Конечно, её героиня неопытна в реалиях городской жизни, но характер имеет твердый и способна добиться поставленной цели. А целью в данном случае является желание выйти замуж не за предписанного папашей деревенского соседа, а за городского красавца Михаила Васильевича Кречинского. И пусть говорят, что он игрок и промотал состояние – зато какой он галантный и обходительный кавалер, а то, что он полный банкрот, врут злые завистливые люди. Ведь, если бы он был нищим, то откуда деньги на роскошные подарки и подношения?

За два действия спектакля Лидочке предстоит пройти путь он наивной девушки в розовых очках до сильной женщины, способной принять решение, которое кардинально изменит её жизнь. Ольга Бересток убедительно показывает этот путь. Её героиня легка, воздушна, весела в начале и способна подняться до трагических высот в финале. Кроме того, она очень музыкальна, и те номера, которые Лидочка исполняет по ходу спектакля, выглядят органично и вполне соответствуют характеру героини.

Еще один немаловажный женский персонаж – тетушка Лидочки, Анна Антоновна (амплуа колеблется между «комической старухой» и «фам фаталь»). Наталья Панова искренне и честно исполняет роль хранительницы домашнего очага семейства Муромских, которая пожертвовала своим личным счастьем ради маленькой племянницы, оставшейся сиротой в раннем возрасте. Но неистребимое женское естество продолжает бурлить в крови, и именно Анна Антоновна зачастую становится вершителем судеб семьи, у которой на поводу идет нерешительный и слабохарактерный Муромский.

И, наконец, главный герой, имя которого вынесено в название пьесы – Михаил Васильевич Кречинский – личность яркая и неординарная, но одержимая одной пагубной страстью – игрой. Этой ролью отметил свой бенефис ведущий актер Оренбургского театра драмы Сергей Тыщенко. И надо сказать сразу – работа удалась на славу. Во-первых, он полностью соответствует авторским характеристикам: да, он игрок и авантюрист, но чертовски обаятелен, и для женщин просто неотразим. Неспроста Лидочка влюбилась в него с самого первого танца на балу.

Надо сказать, что ранее виденные мною исполнители этой роли (Владимир Кенигсон – в Малом театре и Анатолий Васильев в театре им. Моссовета), несмотря на блестящее актерское мастерство, все-таки вызывали сомнение в том, что вызвали в юной девушке подлинную страсть, ибо были очень немолоды. Сергей Тыщенко играет героя в самом расцвете зрелой красоты и неотразимой привлекательности. Он из тех мужчин, которые одним движением руки, одним взглядом приковывают к себе женское внимание и уже не отпускают до конца.

Помимо блестящих внешних данных, следует отметить, что Сергей Тыщенко проявил себя как великолепный артист. Только во второй части первого акта он явил себя в столь разных характерах одного и того же человека, что просто диву даешься.

Сначала это светский лев, этакий денди, цель которого – завоевать доверие помещика Муромского, с целью получения от того согласия на брак с Лидочкой. Он воистину великолепен в сценах, когда соловьем разливается о прелестях деревенской жизни, которую искренне ненавидит на самом деле, рассказывает о своем имении в Симбирской губернии, которое давно уже пошло с молотка. И в сценах с Лидочкой он выглядит вполне достойно: да, она ему нужна, в первую очередь, как богатая невеста, но девушка ему искренне нравится, потому его показные чувства выглядят вполне правдиво.

Далее Кречинскому предстоит вынести совсем другие испытания, когда, узнав о том, что кредиторы не желают ждать положенных до свадьбы десяти дней, а требуют три тысячи серебром (это очень большие деньги!) немедленно, Михаил Васильевич за несколько минут проживает целую гамму чувств: от гневных реплик в адрес пришедшего за получением долга купца Щебнева (небольшая, но очень яркая роль Бориса Круглова), до униженной мольбы и просьб подождать еще немного.

И уж совсем блистательным выглядит дуэт Кречинского и Расплюева, человечка, который находится у Михаила Васильевича то ли в рабстве, то ли в вечной повинности. Эта роль по сути своей – небольшая, но имеет яркую сценическую историю. Расплюев – полное ничтожество, так характеризуют персонаж другие герои пьесы. Но его в разные годы не гнушались играть такие мастера как Игорь Ильинский, Эраст Гарин, Александр Леньков.

В оренбургской постановке эту роль блестяще исполняет заслуженный артист РФ Сергей Кунин. Да, его Расплюев – ничтожество, но без него харизматичный главный герой тоже оказывается пустым местом. Потому так настойчиво звучат адресованные к нему слова – «найди мне эти деньги, где хочешь найди, укради, убей, но принеси!» Но когда не помогают спасти положение даже эти угрозы. приходит другое решение – совершить подлог невестиного бриллианта. И эта история расставит всех героев по своим местам, определив для каждого, кем он является на самом деле.

Таким вот острым и неоднозначным получился спектакль в постановке Сергея Яшина, который с самого начала работы над постановкой заявлял, что Кречинский для него никак не отрицательный персонаж, а человек ярких страстей, не сумевший вовремя остановить свой бег по жизни, именуемый игрой.

Помимо ярких актерских работ нельзя не отметить музыкальное оформление спектакля, осуществленное Тамарой Пикулевой. Звучащая музыка Исаака Шварца, а также старинные романсы очень украшают постановку, тем более, что Сергея Тыщенко все знают как поющего артиста.

В заключение, немного вопросов к постановке. Считаю, что в ней наличествуют явные длинноты, которых вполне можно избежать. Это касается никак не вокальных или танцевальных номеров, а общей энергетической заторможенности или даже тяжеловесности. Спектаклю не хватает внутреннего ритма, некоторые сцены просто требуют более динамичного решения. И не надо объяснять эту вязкость традициями русского психологического театра.

 

В целом же, стоит только порадоваться, что на сцене одного из старейших театров России появился еще один спектакль, поставленный по произведению, входящему в «золотой фонд» российской драматургии. Пройдет время, постановка приобретет все необходимые для нее «настройки», и сотни зрителей в который раз порадуются за наш замечательный театр.

Кто сказал, что деньги не пахнут? Когда их много, они способны источать дивные ароматы, доводящие до умопомрачения, до самых дерзких и мерзких поступков. Всю подноготную этого алхимического процесса со знанием дела, в тончайших деталях, ярко и остроумно описал Александр Сухово-Кобылин еще в середине 19 века. Сидя, между прочим, в тюрьме по ложному обвинению. Никто тогда и предположить не мог, что комедию  «Свадьба Кречинского», по популярности не уступающую «Ревизору» или «Горю от ума»,  будут играть в лучших российских театрах 160 лет подряд.Оренбургский драматический не стал исключением -  знаменитая пьеса шла здесь не однажды. Сегодня ее поставил московский режиссер, народный артист России Сергей Яшин.

Огромные карты разных мастей, свисающие с потолка,   обрамляют и определяют все многоплановое действие спектакля. А еще напоминают: вся жизнь – игра! Азартный игрок Михаил Васильевич Кречинский (эта роль - бенефис  заслуженного артиста РФ  Сергея Тыщенко), чтобы покрыть карточные долги, хочет жениться на дочери богатого помещика Муромского. Ну, кто устоит перед обаянием и светским лоском этого мастера интриг и манипуляций? Невеста Лидочка (Ольга Бересток), не подозревающая об истинном положении дел,  влюблена до беспамятства, ее тетенька очарована,  и даже отца, упертого  деревенщину, удается умаслить разговорами о прелестях сельского быта.  Кречинский уже воображает, как приданое,  «сытый миллион»,  он спустит на большую игру.  Новот беда – долг необходимо вернуть немедленно! И циник Кречинский просит у Лидочки «одно из ее ангельских крылышек» -  бриллиантовую булавку, чтобы  заложить ее (точнее ее стеклянную копию) под хорошие деньги.

Общепризнанно, что  главный секретвостребованности «Свадьбы Кречинского» -  в прекрасном актерском материале.  Недаром за возможность получить роль в  различных воплощениях  этой комедии  соперничали звезды  театра и кино. И то, что Сергей Яшин  решился поставить ее на оренбургской сцене,  говорит о высоком творческом потенциале наших актеров. В «Свадьбе Кречинского» сложился блестящий актерский ансамбль, где каждый, даже если играет в рамках привычного амплуа, по-новому раскрывает свой талант.   Конечно,  Сергей Тыщенко в роли Кречинского абсолютно органичен: красавец-мужчина, который  изучил свет и его обитателей настолько, что все это вызывает у него лишь презрительную усмешку.  И здесь так уместны его   вкрадчивые кошачьи интонации -  при общении с дамами, впрочем, легко  сменяющиеся на   рычание льва, когда дело доходит до разборок с приятелями-аферистами.  Фальшивая влюбленность, фальшивый бриллиант. Несуществующее состояние…Так,  где же он настоящий?  Показать истинную суть  Кречинского – не просто подлеца, а личность, которой не чужды и  высокие стремления -  вот в чем, наверное,   особая сложность этой роли. 

- Каждый зритель найдет в этой истории свое: кто-то будет переживать за девушку, кто-то за игрока, а кто-то просто следить за интригой с фальшивым бриллиантом. Но для меня – это, прежде всего,  история прозрения - переоценки, переосмысления собственной жизни главным героем, -  говорит режиссер.

Еще одно стопроцентное попадание в образ – заслуженный артист РФ Сергей Кунин в роли  Расплюева, сообщника Кречинского.  Типичный маленький  жалкий человек того времени, в котором есть и  подлость,  и наивность, и жульничество,  и остроумие. Растрепанный, в дурацкой шубейке с варежками на резинке, надетой задом наперед, он, не может не вызвать сочувствия. 

-Господи боже мой! - восклицает Расплюев, пересчитывая деньги, которые ростовщик дал за «бриллиант».  - Какое масло разливается по сердцу, какой аромат оступает меня со всех сторон! жасмины какие-то пахнут…

И столько страсти в этих словах, столько искренней любви … к деньгам, ради которых он готов терпеть бесконечные побои и унижения. А  Петра Константиныча Муромского (заслуженный артист РФ Юрий Труба)подводит слепая  любовь к единственной дочери, неспособность противостоять  ее капризам.     И он, несмотря на практичность и здравомыслие,  тоже по-своему жалок и беззащитен.Как и тетенька Анна Антоновна (Наталья Панова), у которая тоже есть зависимость – от мнения света. Получается, каждый в этом спектакле – марионетка, стоит только найти ту ниточку? Дирижером всего действа выступает, выскакивая в самом начале, как чертик из табакерки, помещик Нелькин, чья роль –разоблачителя аферы -  виртуозно исполнена Сергеем Шахмутем.

- Где и какое зло - вот вопрос.  Подлость и мошенничество в сермяге, в худом сюртучишке подьячего жалки, гадки, да неопасны.Страшно, когда подлость в тонком фраке... в белых перчатках... чужим добром сытая... катит на рысаках, раскланивается в обществе, входит в честный дом…, -  зловеще замечает он.

 

Несмотря на  темные низменные страсти, бушующие в нем, спектакль получился легким, стильным и изящным. В нем всего две женских роли, но обе – безусловно украшают эту постановку. Вообще посмотреть ее стоит даже ради эстетического удовольствия – настолько продуманы костюмы актеров и особенно актрис.  Ольга Бересток в роли Лидочки исполняет несколько сольных партий, что удачно дополняет образ хрупкой наивной девушки.   Кстати, она тоже переживает момент прозрения – когда зритель обнаруживает, что Лидочка, по выражению Кречинского – пареная репа, имеет благородный и сильный характер. Не трудно заметить, что в пьесе, названной комедией, есть и трагическая нота. Что, впрочем, только добавляет остроты  наполняющей ее интриге.   Посмотрев спектакль, мы в который раз убеждаемся, что классика всегда актуальна.  И наши современники, кто во что горазд, тоже  участвуют в  этой головокружительной  погоне за деньгами.    

Досье «ОН»

 Сергей Тыщенко родился в Петропавловске (Казахстан). Перепробовал немало профессий, пока не определился: сцена – его судьба. С 1994 года – артист Оренбургского драматического театра им. М. Горького.  В  2000 году получил профессиональное образование  артиста  драматического театра и кино в  Екатеринбургском театральном  институте.  В 2013 году удостоен звания «Заслуженный артист РФ».

Несколько вопросов юбиляру накануне бенефиса

— Как идёт работа над ролью Кречинского, Сергей?

— В пределах нормы. Работа есть работа. Лёгкой работы я ещё не встречал. Везде есть свои трудности и свои радости.

— Многие бредят драматической сценой с детства, ты не стремился в артисты. Начинал, как рок-музыкант. Но стал заслуженным артистом России, получил губернаторские премии «Лучшая роль года», «Оренбургская лира».

— С музыкой не получилось романа — большого и светлого. Хотя, да, в юности хотел стать рок-звездой. Музыка была моя единственная цель. Актёром действительно быть не планировал, особо и не представлял себя в этом качестве. Но выпал случай, счастливый – не счастливый, не знаю, но, тем не менее, уже 25 лет на драматической сцене. Это немало, если вся моя жизнь – два раза по 25. С каким  успехом – не мне судить. Но я нашёл свой кайф в актёрстве.

— Есть что-то общее в кайфе от исполнения рок-композиций и драматических монологов?

— Если хорошо делаешь, всегда есть обратная реакция зала. Только выражается по-разному.

— На твой бенефис ставит спектакль столичный режиссёр. Достаточно именитый. Можно говорить, жизнь удалась?

— Ну как удалась? Пока всё идёт без больших огорчений. Не надо слишком многого просить у судьбы и у жизни, чтобы не обломаться.

— Сами придут и сами всё дадут?

— Ну, придут – дадут, не придут — не дадут. Жизнь на этом не закончится.

— У тебя золотой характер, Сергей!

— Какой там золотой! Посеребренный.

— Твоё амплуа  — герой, герой-любовник  довольно редкое по нынешним временам. Но ты играешь  разные роли – в том числе и характерные…

— Сейчас амплуа понятие достаточно размытое. Опять же не знаю, с какой степенью  удачи получается воплощать те или иные образы. Но то, что меня не эксплуатируют в одном и том же образе, само по себе радует. Но я не вижу себя со стороны. И не могу себя трезво адекватно оценить.

— Какая из сыгранных или несыгранных ролей ближе всего тебе по духу, характеру?

— Все роли — это часть моей жизни.

— Что хотелось бы сыграть?

— Сейчас интересно сделать то, что дают. И сделать это хорошо. Когда сам выбираешь роль – это опасно: выбрал и не справился.

— Классику нравится играть?

— Конечно, нравится. Люди не меняются. Они одни и те же, что в Древней Греции, что в Древнем Риме. Человек, он ведь состоит из одних и тех же эмоций – страхов, разочарований, надежд, комплексов. А из этого складывается вся схема поведения. И, в конечном счёте, роли. Меняются обстоятельства, гаджеты, среда обитания. А человек – нет.

— Поэтому не случайно классические пьесы порой ставятся в современном интерьере…

— Да, конечно. Это опять же зависит от того, как режиссёр хочет самовыразиться и что он хочет сказать. Актёр всё-таки не самое главное лицо в театре. Режиссёр — человек номер один. Но многое зависит от того, какая складывается команда – режиссёра с актёрами. Если они совпадают по духу, один понимает другого, то режиссёр растворяется в актёрах, актёр растворяется в режиссёре и все вместе — в материале. Из этого получается сплав, который называется хорошим спектаклем.

— Кречинский тебе симпатичен?

— Мне интересно его играть. Человек сильный, но попавший в капкан, тиски обстоятельств, откуда выбраться можно только чудом. Очень хорошая история, написанная Сухово-Кобылиным, который, оказывается, многое списывал с себя. Хочется сделать роль так, чтобы всё это не выглядело чем-то надуманным, понарошечным, чтобы зрители поверили и забыли, как тебя зовут на самом деле.

— А с музыкой не дружишь?

— Да почему не дружишь? Я ж пою в спектаклях. Вот здесь несколько романсов будет. Но вообще редко используется то, что я немножко умею петь. Но это всё должно приходиться в тему, в кон, а не выглядеть вставными номерами. Должно вытекать из действия.

— Для Чехова медицина была женой, литература – любовницей. А для тебя, похоже, музыка была невестой, а сцена стала женой…

— Да работа это вообще-то! Это полжизни. 25 лет. Ни фига себе! Редкая жена столько выдержит. Я уж не говорю про любовницу.

 Справка «ОН»

 Сергей Тыщенко создал целую плеяду сценических персонажей, запомнившихся зрителям  ярким воплощением, профессиональным обаянием артиста.  Сергей Тыщенко не замыкается в рамках одного амплуа. В спектаклях современного репертуара это красный командир Назар Дума – «Свадьба в Малиновке», шорник-мечтатель  — «Милые люди»,  священник-хитрец Дункан – «Примадонны»,  приспособленец Фоланви – «Пышка»,  герой Родимцев – «Позови меня в прошлое»,  богатый почитатель таланта  Великатов – «Таланты и поклонники»,  непотопляемый фантазер  Том – «Братишки»,  сомневающийся  предприниматель  Свирельников – «Грибной царь»  и многие другие.

 Каким будет его бенефисный персонаж Кречинский?  Режиссер-постановщик назвал его «заигравшимся замечательным и прекрасным человеком».  Однако как выпутаться этому «замечательному человеку» из им же расставленных сетей?  Сергей Тыщенко воплощает на сцене не обычного героя-проходимца и подлеца, а человека, способного к прозрению.

 

8 декабря на сцене Оренбургского драматического театра состоится бенефис заслуженного артиста России Сергея Тыщенко в честь его 50-летия. Бенефициант  выступит в премьерном спектакле «Свадьба Кречинского» по пьесе Александра  Сухово-Кобылина, которую поставил народный артист России, известный московский режиссёр Сергей Яшин, чья постановка «Васса и её дети» несколько лет с успехом идет на сцене нашего театра.

Накануне премьеры наш корреспондент побеседовал с Сергеем Яшиным о предстоящей премьере и не только.

— Сергей Иванович,  «Свадьба Кречинского» очень востребованная пьеса. Я помню мюзикл Александра Колкера на сцене Малого театра, который поставил и сыграл в нём главную роль Виталий Соломин, я видела спектакль в театре Моссовета, где в роли Кречинского блистал Анатолий Васильев. Несколько недель назад премьеру сыграли в Губернском театре Сергея Безрукова. Чем вызван столь пристальный интерес к этой пьесе? 

 Эта пьеса всегда была загадкой. У многих возникал вопрос: что же это за история?  Если история проходимца, то почему она, написанная 160 лет назад, до сих пор идёт на российской сцене? При том, что никто её не лоббирует. Я думаю, тяга к этому материалу во многом объясняется интересом к самому автору— Сухово-Кобылину, споры о котором не утихают и по сей день. Во многом это связано с таинственной историей убийства Луизы Симон-Деманш, в котором подозревали драматурга. Он находился под подозрением в течение семи лет. Дважды подвергался аресту. При всех его связях, при всех деньгах, которые были на это дело брошены. И всю жизнь за ним тянулся этот шлейф. Все так и говорили: «А, это тот, который убил Луизу Симон?». Тайна эта не раскрыта до сих пор, и многие исследователи исписали груду бумаги, создавая разные версии произошедшего. Но именно эта трагедия послужила отправной точкой в создании знаменитой трилогии Сухово-Кобылина «Свадьба Кречинского», «Дело» и «Смерть Тарелкина».  Работу над первой пьесой трилогии он завершил во время пребывания на гауптвахте.

— Получается, в Кречинском много от самого автора?

 Безусловно. Видно же, что Кречинский  человек необыкновенно одарённый. Но в отличие от Александра Васильевича, это, конечно, личность, которая себя проиграла. Он игрок по натуре. Не только в карты, а в широком смысле слова: игрок с женщинами, игрок со своим прошлым, со своими друзьями, своими поместьями. И так далее. Но мне кажется, что это история не только про распад личности, но и дарованное чувство, которое возникает у Кречинского внезапно. Ему кажется, что он знает про любовь всё. «Тысячу женщин бросал я, тысячу женщин бросали меня»… Но он, оказывается, ничего про это не знал. Благородство девушки, в момент ареста приходящей ему на помощь, даёт этому человеку, душа которого – пепелище,  новое познание жизни. Новое познание человеческих отношений. Отношений между мужчинами и женщинами.

— Не все так тонко трактуют этот образ…

 Разумеется. Скажу больше: Сухово-Кобылина долго уговаривали изменить финал, потому что зло должно быть наказано. А Кречинский, уверяли моралисты, – это зло. И сам Александр Васильевич даже видел спектакль в дачном театре, где в финале Кречинский стрелялся из пистолета. Почти как Иванов.

—  «Свадьба Кречинского» с её азартной погоней за деньгами, замешанной на оголтелом авантюризме, кажется необыкновенно актуальной и весьма современной. В ней не чувствуется архаики. Не случайно ведь и мюзикл появился…

— Пьеса действительно написана с ощущением драматургии будущего. В «Свадьбе Кречинского», созданной в 1850 году, совершенно блестяще представлена форма внутреннего монолога как средства выражения сознания человека. Я уж не говорю про «Дело» и «Смерть Тарелкина». Это вообще предтеча психологического авангарда. Вы понимаете, это написано в 60-х годах XIX века! Задолго до Ионеско и Мрожека.

— Каков ваш режиссерский метод?

— В пьесу надо погрузиться так, как будто это с тобой случилось, как будто это часть твоей биографии. Конечно, это чужая, давняя жизнь, но ты про неё должен очень много знать. Начиная от реалий времени, реалий автора, реалий ситуации. Это одна из частей процесса работы над спектаклем. Одна из существенных. Трудное, кропотливое дело. Но очень увлекательное. Вот почему я вам так подробно рассказываю про Александра Васильевича: я считаю его как будто своим родственником. И про него я знаю достаточно много. У меня к нему большой интерес.

— Это не первый спектакль, который вы ставите на сцене оренбургского театра. Ваша постановка «Васса и её дети» получила все самые престижные премии Оренбуржья. Как вам работается с нашими артистами над пьесой «Свадьба Кречинского»?

 Мне кажется, Сергей Тыщенко очень подходит на роль Кречинского. По всем статьям. И по фактуре, и по внутренним данным, и по своей музыкальности. Я бы сказал – редкостно подходит. Поди поищи иной раз такого артиста! Вроде  уже и не юноша, и в то же время и не пожилой человек. Тот самый возраст, о котором и идёт речь. Именно потому, что есть Тыщенко,  и стало возможным поставить эту пьесу. И остальные артисты замечательные: и Сергей Кунин, и Борис Круглов.  Я работаю в Оренбурге с удовольствием. Найден общий язык с труппой. Предлагаются интересные произведения. Мы друзья с Рифкатом Вакиловичем (народный артист России, художественный руководитель Оренбургского драматического театра Рифкат Исрафилов – Н. В.) Вместе учились. У нас общая театральная юность.

— Видя вашу приверженность русской классике, нельзя не заметить, что вы к ней относитесь достаточно бережно, уважительно. У вас нет таких новаций, по поводу которых иногда возникает много вопросов. Это ваша принципиальная позиция?

 Ну, конечно, принципиальная. Дело в том, что традиции режиссуры сейчас подвергнуты остракизму. Говорят, нет такой профессии  режиссёр. И не надо учиться. Станиславский же не учился ни в каком институте. И был режиссёром. Вообще, не надо ничего знать. Это страшно. Мне посчастливилось учиться у выдающихся педагогов – Андрея Александровича Гончарова, Марии Иосифовны Кнебель, Юрия Александровича Завадского. Это были великие люди, которые чтили традицию. Любое новаторство зиждется на традиции. На знании того, как надо. Никому не придёт в голову строить дом без проекта. Вы должны понять, какой дом вам нужен – одноэтажный или небоскрёб, деревянный или каменный. Нельзя построить крышу, а потом фундамент. Дом строится по определённым законам. Точно так же и в режиссуре. Как любая профессия, она связана с неким пониманием: как, что и зачем? И во главе угла, конечно, автор. Если он тебе не близок, если он тебе не дорог, то не бери ты его. Тебя кто заставляет, что ли? А если тебя всё-таки заставляют и приходится делать что-то по заказу, то ведь по заказу много великих произведений искусства создано. Все по заказу работали, даже Моцарт. Значит, ты должен влюбиться в это дело. Если ты прочтёшь внимательно автора, если он тебе станет  близким, ты найдёшь в его пьесе и себя. Там и ты будешь, и часть твоей биографии. Поэтому уважительное отношение к классике  это естественное моё существование. Я таким родился, меня так учили. То,о чём вы говорите, тревожит меня не только как режиссёра, но и как профессора. Я веду в ГИТИСе актёрский курс и в театральном институте имени Щукина режиссёрский. Меня очень беспокоит проблема школы, которая подвержена сейчас жутчайшему истязанию.

 

Справка «ОН»

 

Оренбургский театр не раз обращался к пьесе «Свадьба Кречинского». Первый спектакль по пьесе Сухово-Кобылина был поставлен в Оренбурге 160 лет назад. Правда, это была антреприза. Но зато Оренбург был первопроходцем. Спектакли в Москве и Санкт-Петербурге вышли примерно в то же время, но Оренбург всё-таки их опередил. Ещё раз к этой пьесе театр обратился в 70-е годы прошлого столетия. Постановку осуществил режиссёр Нальбий Тхакумашев.

- Но меня всегда удивляло другое. Как эти глупые птахи способны к нежности? Почему у людей все иначе?
- Точно! Точно. Она мне говорит: "Куда деньги дел, куда деньги дел?"
- А куда деньги дел?

« Ой, чё делать не знаю! Ой, горе-то како! Лёшк, поросятам дал!?..»  Пьеса сибиряка Владимира Гуркина давно разошлась на цитаты, а одноименный фильм до дыр засмотрен несколькими поколениями российских телезрителей.  Поставить такое популярное произведение на сцене театра –  вариант выигрышный и рискованный одновременно.  Сам текст, изобилующий афоризмами, изначально обеспечивал спектаклю радушный прием публики.  Но в то же время перед режиссером РифкатомИсрафиловым, когда-то лично знакомым с автором пьесы,  и актерами областного театра драмы стояла непростая задача –создать не копию любимого народом фильма, а  свою неповторимую историю.

Гуркин назвал  пьесу «Любовь и голуби», впервые поставленную в московском «Современнике» еще в начале 80-х, забавной историей.  И действительно поначалу она казалась абсолютным лубком.  Чему способствовал и фильм, снятый в подобной стилистике, где деревенских стариков  играют такие  откровенно городские персонажи, как Сергей Юрский и Наталья Тенякова.  А Надюха, главная героиня, одета настолько ярко и безвкусно, что этот образ  местами воспринимается как карикатурный.  Жительницы села могли бы и обидеться…

В спектакле РифкатаИсрафилова  нет кричащих цветов, кажется, авторы (художник ТанЕникеев, музыкальный руководитель Тамара Пикулева) сознательно старались их избежать.  Неброские костюмы, простые декорации,  очаровательные  народные песни в исполнении  молодых актеров театра,  но живых шукшинских эмоций хоть отбавляй. А первое, что сразу настраивает на лирический лад, это, конечно, голуби.  Самые что ни на есть настоящие, белоснежные и хрупкие,  они служат фоном для всего действа.  Говорят,  голуби были в жизни самого автора пьесы: их  разводил  его дядя,  отпетый хулиган. Когда его посадили за драку на два года, ухаживал  за голубями  ВолодяГуркин.  На оренбургской сцене они появляются благодаря местному голубятнику Евгению  Волчку. Так же, как все артисты,  эти пташки  участвовали в репетициях, а сейчас их привозят  в театр на время спектаклей. Василий (в исполнении Дмитрия Гладкова и Бориса Круглова) общается с ними так же, как герой одноименного фильма – и в руки берет, и изо рта поит.

И если искать в спектакле детали-символы, то это в первую очередь голуби. Помните, в самом начале Василий рассказывает младшей дочери пронзительную историю о Володе-дурачке («ума Бог не дал, а души и силы бери сколько хошь – и края не видать»)? Он помогал каждому, кто ни попросит, кормил голубей, живущих в брошенной церкви, те отвечали ему взаимностью. Никто убогого не обижал, а потом взяли – и убили в пьяной драке. Вот уж действительно история на все времена.  По странному совпадению накануне премьеры в Оренбурге случилась трагедия почти один в один напоминающая эту, с «солнечным человеком» Игорьком, который также был открыт всему миру и погиб ни за что ни про что. Над могилой Володи-дурачка кружили голуби, нелепая смерть  «солнечного человека» нашла отклик в сердцах многих оренбуржцеви заставила задуматься о бессмысленной жесткости, царящей в нашем обществе.

Смотришь спектакль и понимаешь: говоря о Володе-дурачке, главный герой раскрывает перед зрителями и суть своего характера, и русского менталитета вообще. Он вполне в своем уме, но тоже живет душа нараспашку, любит витать в облаках и способен на бесшабашные поступки, о которых позже приходиться горько сожалеть. Надюха (Наталья Ренева и Мария Губанова), уже после возвращения блудного мужа с курорта, замечает: «А его облапошить-то- дважды два! Но у него хорошее сердце и душа».Недаром за годы существования этой пьесы сложилось мнение: если хочешь понять русского человека, почитай «Любовь и голуби». Тут не то,  что с Шукшиным параллели напрашиваются – до Достоевского недалеко. Очевидно положительный сын Ленька (Данила Сайфуллин и Дмитрий Татаринцев), узнав об измене отца, хватается за топор, между прочим, самый  настоящий, да так им размахивает, что не только Василию – зрителям первого ряда страшновато становится. Не раздумывая, берется за это орудие труда  баба Шура, услышав как благоверный в красках описывает ее печальную кончину… Кстати, все герои пьесы «Любовь и голуби»  имеют реальных прототипов: фамилию  Кузякиных драматург позаимствовал у своих иркутских соседей,  а характеры Васи и Нади списал со своих  родителей. Дядя Митя – это его дед  с Урала, а баба Шура - родная сестра бабушки.

В постановке РифкатаИсрафилова, где колоритных  стариков-соседей играют Надежда Величко и Владимир Бухаров (в другом составе Зинаида Карпович и Александр Папыкин), эти герои будто шагнули со страниц шукшинских рассказов. Их роли – логическое продолжение тех образов, которые так талантливо ими созданы в  спектакле  «Милые люди».Дядя Митя и баба Шура  не просто персонажи, вносящую свою изрядную долю деревенского юмора в постановку «Любовь и голуби». Они- отражение того коллективного бессознательного, которое заставляет русского  человека сопереживать чужому горю и радости.  Их искреннее участие  бедам семьи Кузякиных – не только праздное любопытство,  не вторжение в личную жизнь, как сейчас бы сказали, оказывается такие «посторонние» иногда способны разрулить самые тупиковые конфликты! Собственно, так и было когда-то на Руси, что  называлось жизнью намиру,  и именно такой уклад  оберегал порой от необдуманных поступков. А в тяжелые годы, когда люди делились друг с другом последним куском,  спасал и от вымирания.

За шутками-прибаутками, постоянно вызывающими  смех в зрительном зале, режиссер Исрафилов подводит своего зрителя к более глубокому пониманию причины конфликта этой «забавной истории».   В частности,  курортного романа Василия. Ну чем соблазнила его эта женщина? РифкатаИсрафилов считает, что, во-первых, даже не в Раисе Захаровне дело:«Когда из деревни ушла душа, то все в ней разладилось. Вот и Вася с Надей живут, ссорясь и не понимая друг друга. Надя считает, что разведение голубей – глупое занятие, и Вася ничуть не лучше мужиков, которые днями напролет в карты режутся. Раиса Захаровна почувствовала, чего ему не хватает, этим она его и привлекла. Он наивно отозвался на женское тепло и ласку».

А ведь и правда, от Васи только и слышишь «ешкин кот» да «ешкин кот», а Надя, оценивая совместную жизнь, вздыхает: «Тридцать лет я с ним проишачила». Если у вас в семье такие отношения, не удивляйтесь: из-за угла уже наверняка машет белым платочком какая-нибудь Раиса Захаровна. Особенно, если  одному из супругов, как герою пьесы, давно уже хочется «пожить покрасивше». Тайну прототипа Раисы Захаровны, роль которой в спектакле блестяще играют Наталья Лавриненко и Ирина Прохорова,  драматург так и не раскрыл.  В одном интервью лишь обмолвился, что его друзья  сразу узнали в ней одну очень известную в Иркутске особу.  На оренбургской сцене Раисе Захаровне отведено не так много места, как в фильме «Любовь и голуби», но везде она являет собой яркий контраст простым деревенским персонажам. И не интеллигентностью своей, а подчеркнуто фальшивыми словами и жестами, и тем бесконечным презрением к людям из чуждого ей социального слоя: то платочком своим стул оботрет, то к плечу, на котором Надюха рыдать собралась, приложит. Хорошо, что Раиса Захаровна, в большинстве случаев, явление временное. Да и куда же он, без своей голубки?

 

- Соль — это белый яд.
- Так сахар же белый яд!
- Сахар это сладкий яд.
- Раиса Захаровна, может, с хлебушком, а?
- Хлебушек — это вообще отрава!
- Нет, я бы сейчас горбушечкой отравился бы!


Перед началом премьерного спектакля в зрительном зале четко обозначились три основные зрительские группы: первые (их было немного), потирая руки, говорили что-то вроде «ну, посмотрим, как они справятся,  меньшовский фильм им точно не переплюнуть»; вторые (их было больше) искренне ждали чего-то нового, необычных художественных открытий; третьи (это была, в основном, молодежь) просто пришли в театр, понятия не имея, что они будут смотреть, – бывает и такое.

Надо сказать, что все три зрительские категории получили то, чего ожидали. Да, фильм Владимира Меньшова слишком хорошо засел в памяти всех, кто его посмотрел – яркое воплощение сюжета, блестящие актерские работы просто не оставляли возможности делать бледную копию. И те, кто ждал реинкарнации героев Александра Михайлова (Вася Кузякин), Нины Дорошиной (Надюха Кузякина), Сергея Юрского (дядя Митя), Натальи Теняковой (баба Шура), и особенно Людмилы Гурченко (Раиса Захаровна) с трудом могли представить, что эти роли могут исполнить другие артисты, более того, хорошо исполнить. Но, исходя из распределения ролей в спектакле Оренбургского театра, можно сделать вывод, что это вполне возможно.

Так, исполнитель роли Василия, Дмитрий Гладков, ни коим образом не копируя своего именитого коллегу, создает яркий характер деревенского недотепы, романтика-голубятника, готового последние деньги из довольно скудного семейного бюджета истратить на покупку новой пары породистых голубей. Он прост и незатейлив: всю жизнь прожил в небольшом поселке, с трудом представляет себе, как живут люди в больших городах, для него понятия «коктейль» и «бармен» сродни чему-то космическому. Потому и понятно его внезапное увлечение женщиной из «другого мира», Раисой Захаровной, с которой судьба свела его на курорте.  Гладков убедительно рисует характер простого русского мужика из сибирской глубинки, с его немного косноязычным говором и ясными глазами, открытыми для всего нового. Но когда наступает прозрение и понимание того, что главным в его жизни все-таки является оставленная семья (Надюха и трое детей), Гладков также убедителен в стремлении назад, в родной дом и к любимым голубям.

Но главным персонажем комедии все-таки является Надя Кузякина. В исполнении Натальи Реневой скромная деревенская жительница превращается в настоящую героиню – хранительницу домашнего очага, на долю которой выпадает немало испытаний, главное из которых – неожиданная измена мужа – «Да как же это! Ведь тюфяк-тюфяком, за двадцать лет совместной жизни ни разу на сторону не ходил!»

Наталья Ренева играет женщину сильную в своей слабости. Диву даешься, как в этой маленьком существе уживаются вместе страсть и ненависть, доброта и показная жестокость, которая моментально исчезает, стоит только сказать кому-то, что она неправа. И потому так органично выглядят сцены, когда Надюха прощает «изменщика» и решает начать все сначала.

В комической паре стариков-соседей – дяди Мити и бабы Шуры первую скрипку, несомненно, играет Надежда Величко. Каждый выход её героини сопровождается аплодисментами, и это есть свидетельство выдающегося актерского мастерства.

А вот исполнительнице роли разлучницы Раисы Захаровны из отдела кадров Наталье Лавриненко так и не удалось сбросить с роли шлейф, оставленный Людмилой Гурченко. Да и то правда, переиграть великую приму не удавалось никому.

Нельзя не сказать о двух моментах, которые послужили безусловным украшением спектакля. Первое и главное – эти живые голуби в настоящей голубятне в самом центре сцены. Птицы живут своей жизнью – воркуют, курлычат и ни на минуту не дают забыть о главном посыле пьесы Владимира Гуркина – село умирает, когда из него улетают голуби. Вася Кузякин не дает этому случиться, значит, жизнь будет продолжаться.

Второй момент, украсивший спектакль – это музыка, вернее, как обозначено в программке – квартет деревенских музыкантов (три певицы и баянист). Они появляются после каждого ключевого эпизода спектакля, исполняя соответствующую моменту песню: в самом начале, когда все пока хорошо – задорные частушки «Ёлочки-сосёночки, зеленые колючие»; в момент явления разлучницы – страстный романс  «Ай-ай, в глазах туман, кружится голова…», а ближе к финалу, когда любовь героев вступает в новую фазу – красивую песню «Жду любви не вероломной, а такой большой, такой огромной..».

 

Но все это мы обсуждали то, как спектакль сумел обрести свое собственное лицо, не зависящее от популярного фильма. А в зале ведь были люди, не имеющие о меньшовском шедевре ни малейшего представления. Для них все сюжетные коллизии были абсолютным открытием, причем приятным во всех отношениях. Так что не нужно уповать на то, что подобные эксперименты в театре не нужны потому, что есть непревзойденный образец. Все можно. И Рифкат Исрафилов это убедительно доказал. Спасибо.

Елена Чернова, РИА «Оренбуржье»

, Культура

15 октября 2016

Областной  драматический театр завершает сезон премьерой лирической комедии   «Вальс одиноких». Это уже вторая  работа известного драматурга и режиссера мирового уровня Семена Злотникова  на оренбургской сцене.  Несколько лет назад мастер  поставил у нас другую свою пьесу, «Пришел мужчина к женщине», которая и сейчас пользуется неизменным успехом у зрителей. «Вальс одиноких» стал своеобразным продолжением вечной темы Любви, о которой мечтают все – и бедные, и богатые, и молодые и пожилые, и одинокие, и обремененные многочисленным семейством,  но тоже, как выясняется, жаждущие неземных чувств…

Как, например, русский эмигрант  Джонатан, а в далеком прошлом просто Жора (заслуженный артист Сергей Кунин), решивший  было сделать добро двум близким людям. Познакомить  красивую и богатую вдову Мэрилин (в двух составах эту роль ярко,  талантливо, но каждая – в своей индивидуальной манере исполняют  Алсу Шамсутдинова и Ирина Прохорова) с другом детства Антоном (заслуженным артистом  Борисом Кругловым и Дмитрием Гладковым), которого он специально выписал в Австралию из России. Да только с самого начала все пошло не так.  Причем даже сам Джонатан (ну надо же было дать этому весельчаку и любителю спиртного такое романтическое имя!) не сразу осознает, в чем дело.  Он так рад встрече с Мэрилин, что  забывает о  друге, который уже полчаса томится за дверью.  Его взгляды и жесты явно намекают на то, что эта женщина герою не безразлична. А она будто специально подогревает этот интерес: меняет наряды, один эффектнее другого, выбирает изысканные позы, которые могли бы произвести впечатление на гостя из России.

Мэрилин – неземная женщина, существующая  вне времени и в созданном специально для нее художником-постановщиком ТаномЕникеевым  роскошном пространстве дома-дворца. Такая сладкоголосая и прекрасная птица Сирин, зазывающая очередного избранника в свою золотую клетку. Мистическое сравнение здесь не случайно, ведь дом-то не простой, а с привидениями. Четыре куклы, подвешенные к потолку, напоминают о предыдущих мужьях Мэрилин, безвременно покинувших этот мир. От кого-то остались написанные в ее честь стихи (пусть и позаимствованные у другого автора), от  другого – баснословное богатство, но главное не в этом.  Она их всех так любила! А  они ушли, и люди теперь говорят о ней, как о черной вдове, женщине-вамп, сближение с которой не сулит мужчине ничего хорошего.  О чем мы узнаем из отчаянного монолога Мэрилин. А впрочем, это ясно и без слов: о  состоянии женщины на грани нервного срыва  буквально вопиют невероятно яркие платья, которые за время действия она меняет многократно.  И даже цвета их сообщают немало интересного: зеленый – надежда, красный – любовь и страсть, золотой, вероятно, искушение богатством, а белый, в самом конце – чистота и невинность?

И все-таки,  почему так вышло? Что  за опасность кроется в  женщине,  доброй, очаровательной, заботливой, немного  наивной,   сентиментальной и жаждущей любви?Оказывается, и для  Семена Злотникова это загадка, на которую он до сих пор не нашел ответа. Но в жизни, говорит, такое видел, что называется – залюбила.  Мэрилин, как чеховская Душечка,  целиком растворяется  в каждом своем мужчине: «Я умею только любить – разве этого мало?!».  А руки ее, удерживающие уходящего возлюбленного за ноги, подобны оковам, как точно заметил Экклезиаст. И как  Джонатан, по его же словам, сросшийся со своей семьей корнями,  на подсознательном уровне не хочет отдавать Мэрилин  другу ( и в этом особая сложность роли Сергея Кунина), так и Антон, возможно, инстинктивно чувствует, что рядом с этой фантастической дамой   ему оставаться не стоит.  Тем более что, покидая Россию, он  поклялся себе не жениться.  Для автора пьесы очень важно был показать  достоинство этого скромного человека, который не покупается на роскошь, на деньги Мэрилин, способные решить все его проблемы в этой чужой стране.

Но она  так хочет любви (или так не хочет быть одна?), что на какое-то краткое мгновение  Антон готов поверить в чудо.  Наверное, это самый трогательный момент спектакля, на котором зрители, судя по бурным аплодисментам,  готовы  поставить точку. Герой вспоминает,  как  он ребенком  будто бы встречался с Мэрилин. И она тоже начинает «вспоминать». Их захватывает вихрь фантазии, вальсируя, они  оказываются на карусели с золотисто-белыми лошадками, любимым многими режиссерами символом прекрасного прошлого, возвращающего героев в детство.  Они столько страдали – он в своем ветхом домике под Оренбургом, она – в своем дворце, и разве счастье было бы не заслужено?  Но недаром Злотников называет свою комедию мистерией. Да и как станцевать этот вальс на троих? В самый неподходящий момент созданную на наших глазах хрустальную сказку довольно грубо разбивает Джонатан: в нем почти ничего не осталось от прежнего комизма, и он совсем не скрывает своих чувств…

А когда все наваждение рассеивается, в доме остается  только Мэрилин со своими куклами, только теперь их уже шесть! Наверное, Джонатан и Антон не умирают, подобно ее мужьям, но из жизни Мэрилин они точно уходят навсегда. Хотя и на этот счет у зрителей может быть собственное мнение. Даже сам Злотников не решил: были ли те мужья на самом деле. Или все это только фантазия одинокой женщины.

 

 

Молодая актриса Негина, обещавшая тихую, честную семейную жизнь своему жениху студенту Мелузову, в одну ночь решается уехать с «миллионщиком» и меценатом Великатовым. Стремление к роскоши, беззаветная преданность сцене или страстная любовь – что все-таки движет поступками героев? И способна ли творческая личность, несмотря на обстоятельства, сохранить свои принципы? По замыслу режиссера Александра Федорова, его сценическое воплощение знаменитой пьесы Островского должно было стать своеобразным исследованием на эту тему.

Пьеса «Таланты и поклонники» открывает перед нами мир театрального закулисья, чьи законы, считает Федоров, по большому счету, остались такими же, какими были почти полтора столетия назад. «Таланты для меня - это люди творческие, актеры, музыканты, художники. А поклонники – те, кто любит театр, ненавидит, завидует. И сейчас есть влиятельные поклонники, которые используют искусство в своих целях, - говорит режиссер. - Мы хотели показать их взаимозависимость и противостояние».

События в спектакле разворачиваются вокруг предстоящего бенефиса молодой провинциальной актрисы Александры Негиной. Ей аплодирует публика, она делает сборы, ее талант признан, но, как считают «отцы города», она «не оживляет общества», то есть не готова принимать всеобщие ухаживания. Негина и впрямь выглядит белым голубем в стае ворон, как отмечает ее преданный поклонник, в свое время разорившийся на меценатстве, но так и не утративший любви к театру Мартын Нароков (заслуженный артист РФ Юрий Труба). Руководствуясь самыми чистыми намерениями, она хочет совместить несочетаемое: выйти замуж за бедного студента Мелузова, который учит ее «всему хорошему», но большего пока предложить не может, и одновременно блистать на сцене. А ведь только гардероб актрисы чего стоит!

Впрочем, отказать старому развратнику князю Дулебову (даже в исполнении обаятельнейшего Сергея Кунина) не велика честь. Сказать «нет» грубому чиновнику Григорию Бакину (его играет Дмитрий Гладков) – тем более. Другое дело – Иван Семенович Великатов! В образе, созданном народным артистом РФ Андреем Лещенко, кажется, есть все, чтобы расположить к себе самую неприступную молодую особу. Внушительная внешность, сдержанные манеры и никакой фамильярности. Он благоволит ее жениху, ведет задушевные беседы с матушкой – «совсем простой женщиной», при этом с хорошей житейской хваткой (идеальной в этом образе заслуженной артисткой РФ Надеждой Величко), неприличных намеков себе не позволяет, а материально помогает исподволь, через третьи руки. И у него – такие лошади! Последнюю фразу с восхищением произносит девушка, еще не осознавая, что стала той самой рыбкой, проглотившей золотую наживку.

И все-таки – не красивая жизнь, а единственная в ее положении возможность реализовать себя на сцене (у Великатова есть свой театр!) заставляет Негину сделать трудный для нее выбор. Сам Островский пишет, что очень сопереживает провинциальным артистам, но ни в коем случае не осуждает их - у каждого человека искусства должен быть свой покровитель.

Но как не просто смириться с такой правдой жизни! Весь спектакль мы видим, какие внутренние противоречия приходится переживать одним героям и какую сложную игру вести – другим. Кто знает, какие бури страстей скрывает за маской равнодушия Великатов, влюбленный в Негину с первого взгляда? И как быстро высохнут ее слезы по мечтам о тихой, честной жизни?

Мелузов в одной из финальных сцен изображает ту самую лошадь, которая запряжется и повезет Негину к сытому счастью. Мы видим, что «лошади» приходится прилагать неимоверные усилия. А в реальности смог бы он сдержать свое обещание?

 Особое впечатление производит и сцена их прощания на вокзале, сыгранная на высоте подлинного трагизма. И пусть отрезанная коса (бывшему жениху на память) иногда вызывает смех в зрительном зале, мы же помним, что поздний Островский любил смешивать комизм с драматизмом. А в данном воплощении комедия «Таланты и поклонники» превращается скорее в психологическую драму.

В первоначальном варианте она называлась «Мечтатели» и заканчивалась словами: «Когда царят грубая сила, цинизм, поэзия складывает крылышки и робко удаляется». Но Мелузов, возможно чересчур увлеченный Писаревым, остается благородным Дон Кихотом, готовым до конца жизни бороться со злом. Хотя однозначного ответа на вопрос, что есть зло, а что добро, где плюс, а где минус, в этом спектакле нет. Зрителю оставляют возможность поразмышлять и дать свою оценку. Особенно интересно, что в постановке занято три актерских состава (только в роли Негиной – такие разные Лейла Гусейнова, Юлия Каштанова и Наталья Ренева) и каждый создает свои характеры героев классической пьесы.

18-19 ноября в областном драматическом театре имени Горького состоялась

премьера спектакля «Таланты и поклонники» по пьесе Александра Островского.

Постановку осуществил молодой режиссер Александр Федоров, настолько молодой, что поневоле возникает вопрос: что заставило 32-летнего режиссера обратиться к драматургии Островского? На самом деле ничего удивительного. Ведь пьеса про театр, про судьбу творческого человека и мир вокруг него. Это ли не повод поразмышлять о жертвах, на которые приходится идти во имя своего таланта. Правда, насколько талантлива актриса Саша Негина в исполнении Лейлы Гусейновой, пока сказать трудно, надо посмотреть образ в развитии. Но то, что это создание чистое, благородное, а потому ранимое, это бесспорно. «Но позвольте! - скажет иной зритель. - Как же так? Если она благородна, то почему же бросает влюбленного в нее студента Мелузова и в поисках театральной славы и благоденствия уезжает с миллионщиком Великатовым?» Ну, во-первых, Великатов, каким он предстает в исполнении народного артиста России Андрея Лещенко (кстати, спектакль поставлен к его бенефису) обладает несомненной притягательностью – он величав (потому и Великатов – Островский всегда давал своим персонажам «говорящие» фамилии), но при этом ироничен, что свидетельствует о незаурядном уме и по-мужски обаятелен. Поэтому тот факт, что между ним и Петей Мелузовым - «вечным» студентом наподобие Пети Трофимова из «Вишневого сада» Негина выбирает Ивана Семеныча.

Думаю, многие из нынешних подающих надежды актрис могли бы только мечтать о таком богатом да еще добропорядочном спонсоре. И кто бросит в них за это камень? И в этом Островский очень актуален для сегодняшнего дня. Кстати, драматург, некогда сам переживший похожую ситуацию,  брошенный актрисой ради богатого купца, снисходителен к своей героине. Вот и в оренбургской постановке не стали перечить классику: исполнительница роли Негиной оправдывает свою героиню. В конце концов, та бежит не столько за радостью семейной жизни (как правило, талантливые люди редко бывают счастливы в этой ипостаси), сколько за осуществлением своей мечты. За славой, если хотите. И не качайте укоризненно головой, лучше вспомните старую истину, проверенную не одним поколением талантов и поклонников: у того, кому дается талант, неизбежно отнимается и что-то очень существенное. 

Несмотря на гротеск, а образы таких «поклонников», как Ираклий Стратоныч Дулебов (заслуженный артист России Сергей Кунин) и Григорий Антоныч Бакин (арт. Дмитрий Гладков) решены именно в этом жанре, герои Островского в исполнении оренбургских лицедеев выглядят вполне сегодняшними людьми. И не только потому, что костюмы лишь слегка стилизованы под XIX век. А потому, что Островский, как показывает время, драматург на все времена. Не только отдельно взятый талант не может защитить себя и ищет покровительства богатых дельцов, но и искусство в целом. Не случайно при каждом столичном театре, впрочем, провинциальные от них не отстают, существует роскошный ресторан. В Маяковке - кафе «Маяк», в театре Наций - ресторан «Театръ Корша», при Ленкоме – итальянское заведение «Болоньезе» и т.д. и т.п. Театры готовы, как бесприданница Саша Негина, пойти на все, чтобы выжить. И видимо, еще долго будут идти. Поскольку на всю культуру в бюджет следующего года заложено всего 0, 6 процента.

Но не будем о грустном. Лучше поговорим об удачах спектакля. Одной из таких удач несомненно является роль матери Саши Негиной  - Домны Пантелевны (заслуженная артистка России Надежда Величко). Актрисе блестяще удается образ женщины, на которой лежит неизгладимая печать пошлости и мещанства, которую неизменно оставляет обстановка, где царят ругань и копеечные расчёты. При этом она добрая и любящая мать. Да, она не понимает искусства, и даже отвергает его. Но она понимает свою дочь и разделяет ее терзания.

 

Спектакль оставляет чувство глубокой благодарности артистам и постановочной группе – заслуженным работникам культуры России Тану Еникееву за костюмы и декорации и Тамаре Пикулевой – за музыкальное оформление спектакля. И, конечно, режиссеру Александру Федорову за то, что приобщает зрителей к настоящей драматургии.

В Оренбургском драматическом театре имени Горького состоялась премьера комедии «Таланты и поклонники» в постановке Александра Фёдорова по одноимённой пьесе Александра Островского. Всё внимание публики было приковано к Андрею Лещенко, исполнителю роли Ивана Великатова. Это бенефисный спектакль актёра, которому исполнилось 70 лет.

Ни подарков, ничего такого…
Пьеса «Таланты и поклонники» – одно из самых сложных для постановки произведений Островского. В центре драматургического рисунка – служители муз и их почитатели. Спектакль начинается сценой, когда Домна Пантелеевна, мать главной героини Негиной, говорит о своей дочери: «Содержит себя очень аккуратно, ну, и нет того расположения публики: ни подарков особенных, ничего такого… Нет чтобы бедной девушке чем-нибудь помочь… От таких чего ожидать, окромя безобразия?».
По ходу пьесы начинающей актрисе Саше Негиной, искренне влюблённой в театральное искусство, выбирать между «идеалами и одеялами» становится всё сложнее. Всё дело в поклонниках, которые сбивают её с верного пути. Хорош Ираклий Дулебов в исполнении Сергея Кунина – он с большим кошельком, хитёр и прямолинеен в своих предложениях. Студент и учитель театральной барышни Пётр Мелузов искренен в своих чувствах. Эту роль на сдаче спектакля сыграл Дмитрий Воропаев. Иван Семёнович Великатов, главный поклонник Саши Негиной в исполнении любимого актёра оренбургской публики Андрея Лещенко, очень богат, необыкновенно выдержан, умён и циничен. 
– Островский настолько тонко мыслил, что уже в название вкладывал суть конфликта, – рассказывает режиссёр спектакля Александр Фёдоров. – «На всякого мудреца довольно простоты», «Бесприданница» и вот – «Таланты и поклонники». Кстати, изначально он хотел назвать это произведение «Фантазёры».
Исходя из названия – суть конфликта. Кто такие таланты – для меня это не только актёры, а люди искусства в целом. Поклонники могут быть совершенно разными. Это могут быть люди влиятельные, способные навязывать своё мнение, – у них деньги. Есть и те, кто обожает искусство, и те, кто откровенно завидует. Мы пытались найти в спектакле некую взаимозависимость и взаимоотношения в противостоянии художника реальной действительности.
У Островского очень тонкая драматургия. Есть темы любви и предательства, бедности и огромных денег. Взаимоотношения талантов и поклонников с момента написания пьесы ничуть не изменились. Звучат первые слова со сцены, и ты понимаешь – прошло столько лет, а ничего не изменилось. Только техника другая. Главная героиня говорит: «Ах, какие лошади!». Внешняя атрибутика изменилась только. Теперь вместо экипажей – машины.
Таков мир, такова данность. Мы люди как биологический вид так уже устроены. Можно по одному и тому же поводу страдать, а можно и радоваться.
Мое прочтение Островского, может быть, не такое, как у других режиссёров. Меня очень беспокоила тема выбора главной героини: обеспеченность и работа в хорошем театре или просто жить по совести с любимым человеком. Во время работы над спектаклем я сделал семь вариантов финала. Тут многие шутят по этому поводу. Для меня лично финал очень трагичен. Интересно, как посмотрит зритель, – он будет радоваться за героиню или сопереживать ей? 
Что касается актёрского состава, труппа пёстрая и разновозрастная. И дело даже не в этом. Вообще, сыграть любого человека довольно сложно, если глубоко погружаться в характер героя и честно работать на сцене. Здесь самые разные персонажи. Каждый вносит свою лепту. Кто-то талантливый, а кто-то поклонник. 

Актёры и роли 
Перед выходом на сцену актёры вживаются в образ и, конечно, испытывают особое волнение перед премьерой. В гримёрках привычная театральная суета, но нашлось немного времени и для прессы.

Юлия Каштанова, актриса Оренбургского областного драматического театра им. М. Горького, исполнительница роли Саши Негиной, не скрывала:
– Моя героиня – она наивная, верит в добро, лёгкая изначально, сталкивается с грязью жизни и начинает понимать, что и поклонники разные бывают. Меняется и она.
В моей актёрской практике такая большая роль впервые. Я очень серьёзно и трепетно отнеслась к ней, маленькими шажочками продвигалась к этому счастью. Сначала были эпизодические роли.
Я была очень рада, когда мне предложили сыграть Негину. С режиссёром Александром Фёдоровым работалось легко, я участвовала и в других его постановках. Мне очень нравится репетировать с ним, потому что он молодой, современный драматург.
Очень приятно и почётно играть на одной сцене с Андреем Фёдоровичем Лещенко. Он настоящий профессионал, конечно. Очень интересно у него учиться. В его юбилей я желаю ему, прежде всего, крепкого здоровья и чтобы он всех нас как можно дольше радовал своим талантом и ещё много-много ролей!

Эдуард Султанбеков, актёр Оренбургского областного драматического театра имени М. Горького, исполнитель роли Васи, об актёрской судьбе рассуждает открыто:
– Всё зависит от актёра, неважно, молодой ли он, с опытом. Если режиссёр видит в нём искру, хотя бы маленькую, из которой можно будет разжечь пламя, тогда он будет востребован. У нас в театре все востребованы. У всех есть работа. Главное – искренне отдаваться своему делу.
Я за всех отвечать не могу, но, когда я пришёл учиться на актёра, мне сначала казалось – так легко всё, романтично. Но после первого семестра я понял – это настолько колоссальный труд, и на самом деле очень тяжёлый. Всё надо осмысливать, обдумывать, пропускать через себя. Были даже такие моменты – уйти, бросить институт. Это ведь занятия с 8 утра и дотемна. Никакой личной жизни. Всё время забирает твоя будущая профессия. Но я дошёл до конца, окончил Оренбургский институт искусств и теперь уже не могу жить без актёрской работы.
Мой герой, которого я играю в спектакле «Таланты и поклонники», такой романтичный, с экономической жилкой. Если он чувствует, что запахло деньгами, сразу меняется, абсолютно практичный человек. Становится волком и хватается за дело, не видит никого, хотя искренне любит Негину.
У меня, по сути, эпизодическая роль, но я очень рад, что играю в одном спектакле с нашим всеми любимым бенефициантом Андреем Фёдоровичем Лещенко. Это такая глыба, такая актёрская величина, человек с огромным опытом, который живёт театром, и нам всем есть чему у него поучиться. Он сохранил то юношеское озорство, тот блеск в глазах, как и раньше. Когда он выходит на сцену – это просто чудо. Не каждый способен сохранить этот огонёк в своей душе. Андрею Фёдоровичу я пожелаю здоровья, успехов и процветания в тяжёлой, но яркой профессии. 

И что же публика?
На сдаче спектакля и в премьерные дни большой зал драматического театра был полон. Кто-то постарался попасть на самые первые ряды, – так ближе видно любимых артистов, общение глаза в глаза. Слышен каждый вздох, и реплики имеют какой-то волшебный тон. Тогда и раскрывается зрительская душа. Первые впечатления в антракте.

Алла Караваева:
– Я хочу сказать об Андрее Лещенко. Чувствуется профессионализм. Харизматичный, своеобразный артист, узнаваемый и очень достойный. Ему любая роль удаётся. Здесь он играет Великатова. Полное попадание в образ!

Вера Маргачева:
– С удовольствием ходим на все премьеры. «Таланты и поклонники» – пьеса сама по себе очень интересная. Здесь неплохой альянс и молодых, и уже настоящих мастеров сцены.

Ольга Иванова:
– Андрей Лещенко бесподобен, как всегда. Респект! Дай Бог ему здоровья, долгих-долгих лет, для того чтобы учить молодёжь. Он вытягивает весь спектакль. Он всю жизнь в оренбургском театре. Служить в провинциальном театре – это дорогого стоит!

Татьяна Кузнецова:
– Андрей Лещенко – яркий, интересный, всегда разный. Большой талант, и опыт всё-таки сказывается. Такие актёры со своей манерой исполнения, своим почерком игры – огромная ценность.

Журналист: Елена Савельева, газета "Вечерний Оренбург" № 47 от 25 ноября 2015 г.

О путешествиях наших современников в военное прошлое снято немало известных фильмов. Их сюжеты  очень  похожи: юные циники, иваны, не желающие помнить родства,  через некую временную воронку попадают в самое пекло Великой Отечественной. Лицом к лицу встречаются со смертью и с героями, заслонившими от нее будущие поколения. И возвращаются оттуда совсем другими людьми.   Такое впечатление, что авторы этих картин убеждены: иначе как  методом шоковой терапии до умов и сердец «иванов», понятия не имеющих об истории своей великой страны, не достучаться…  

В постановке Рифката Исрафилова по пьесе Павла Рыкова «Позови меня в прошлое» мы тоже встречаем разгуливающую по городу веселую студенческую  компанию, презирающую всякую музейную пыль. А тут как раз  акция «Ночь музеев»:  вход бесплатный, и броди по залам хоть до утра.  Может, зайти?  Ну,  нет, лучше в ночной клуб!  Так же привычно среднестатистический молодой человек, не открывая, отбрасывает «скучную» книгу и всерьез и надолго включается в компьютерную игру.  Но двое из этой компании, парень и девушка, устав от шума и суеты,  остаются.  Даже не предполагая, что им откроется в музейной тишине.

Автор пьесы пощадил своих героев. Студентам  не дают в руки автоматы, не выводят не передовую, не берут в плен и не пытают в гестапо.  Но они вместе со зрителями становятся  свидетелями того, как все это происходит  с реальными историческими персонажами либо родившимися, либо долгое время прожившими в Оренбурге. Музейные экспонаты оживают, герои выходят из витрин,  и информацию о необыкновенных событиях мы получаем,  будто из первых рук. 

Учитывая, что замысел  пьесы не нов, и каким будет дальнейшее развитие событий ясно практически с первых минут, главный интерес заключается, пожалуй, в том, о чем именно поведают зрителю музейные персонажи.  Конечно, объять необъятное, а именно тему войны,  невозможно.  И здесь акцент на героях, так или иначе связанных с нашим краем, вполне оправдан.  Имя уроженца Шарлыкского района, Героя Советского Союза  поэта Мусы Джалиля,   как будто бы,  известно  всем. Его памятник установлен в центре города. Именем автора «Моабитской тетради»  названы школы и библиотеки. Но даже те, кто их посещает,  вряд ли имеет хоть какое-то представление об этой личности.  А он, изначально получив духовное образование в медресе «Хусаиния», работал  инструктором укома комсомола, окончил МГУ, редактировал столичные журналы.  Будучи на фронте,  попал в плен, возглавив там антифашистское подполье.  Джалиля называют татарским поэтом, но в спектакле есть сцена: накануне казни,  разговаривая с черным муллой, своеобразным альтер-эго поэта (актер Сергей Шахмуть),  Муса (в исполнении актера Радика Дибаева)  не раз повторяет: я – русский, и все, кто воевал рядом со мной, якуты, украинец, таджик – они тоже считали себя русскими. Представителями единой нации, большой и сильной, победившей фашистов, которых кормила и вооружала вся Европа.  Вероятно, и немец по отцу, рожденный в Оренбурге участник подпольной организации «Белая роза» Александр Шморель, казненный гестаповцами и в 2014 году причисленный к лику святых никогда не забывал, что в его жилах течет и русская кровь. Эти сцены в спектакле самые трагичные. И хотя постановщики (режиссер Рифкат Исрафилов, ассистент режиссера  Булат Хайбуллин)  намеренно уходят от  смакования жестокости, все удары и пытки абсолютно условны, актеры играют так, что зритель начинает чувствовать и физическую боль героев, и огромные душевные страдания, выпавшие на долю совсем молодых людей. Напомню, Шмореля казнили в 25, Джалиля – в 38. Мусу Джалия, несмотря на многочисленные доказательства участников подполья, долгие годы считали предателем Родины, его реабилитация началась только в 1953-м после статьи Константина Симонова. Думаю, зрителям  спектакля «Позови меня в прошлое»  захочется прочесть и ее, и другие материалы о  мужественном поэте и других не менее замечательных, но чуть ли не позабытых личностях.  И они убедятся, что это чтение во много раз увлекательнее любого приключенческого бестселлера.  

 Кстати,  дважды Герой Советского Союза Александр Родимцев, именем которого названа улица в областном центре,  тоже родом из Шарлыка.  Кажется, только таким и мог быть настоящий русский военачальник, каким показал его в спектакле заслуженный артист России  Сергей Тыщенко – закаленный в боях, видевший все ужасы войны, но не потерявший ни способности к состраданию, ни чувства юмора. Родимцев в спектакле – не гранитный памятник, а живой человек, который в освобожденном концлагере, среди человеческого пепла радуется рождению новой жизни…  

А вот в начале спектакля некий оренбургский обыватель (заслуженный артист РФ Сергей Бухаров) радуется нападению фашистов. Наверное, были и такие.  И осталось в городе (он тогда Чкаловым именовался)  и области немало молодых матерей-солдаток, тоскующих и ожидающих писем с фронта.    Но разве условно мирная жизнь в этом заключалась?  Она и в тылу шла по законам военного времени, под лозунгом «Все для фронта, все для Победы!». И ее движение определяли совсем другие персонажи.   Полуголодные подростки, которые по 16 часов стояли у станка, старики, женщины и дети, тянувшие на себе все сельское хозяйство, кормившее в основном фронт, тоже совершали  здесь свой подвиг.  Возможно, не меньший, чем наш земляк  Михаил Клипиницер,  чей образ  вечно спешащего и готового жизнью рисковать ради нескольких строчек в газете  военкора воплотил на сцене  неподражаемый Сергей Кунин.   Или   соавторы  песен «Соловьи», «На солнечной поляночке»  оренбургский поэт Алексей  Фатьянов и   знаменитый композитор Василий Соловьев-Седой, эвакуированный в Чкалов.  Но ведь  и о них сегодня почти ничего не знают!

-Не знают, и знать не хотят!  –  не раз и не два с горечью восклицает мудрая и терпеливая   смотрительница музея (заслуженная артистка России Надежда Величко).   

- Не знаем,  и знать не хотим!? – чуть ли не с ужасом осознают вдруг юные посетители. 

 

Мысль, кстати, тоже не нова. Но, наверное, это как раз тот случай, где повторение должно сыграть  свою благотворную роль. 

В Оренбургском государственном областном драматическом театре им. Горького состоялась премьера спектакля-реквиема «Письма памяти»

Рассказать о самой тяжёлой и горькой войне тысячелетия, не проронив ни слова, – возможно ли это? У коллектива Оренбургского драматического театра это получилось. Заслуженный артист Украины Олег Николаев, автор и постановщик спектакля «Письма памяти», вместе с заслуженным деятелем искусств РФ, художником-постановщиком Таном Еникеевым и актёрской труппой театра создал пластический спектакль-реквием, который не оставит равнодушным ни одного зрителя.  
По сути, весь спектакль – это танец, рассказывающий нам о судьбе поколения 1940-х. И начинается он с танцплощадки довоенного времени. На ней встречаются герои: Офицер (Максим Меденюк), его жена (Лейла Гусейнова) и сын (Данила Сайфуллин), другие семьи, молодёжь. Жизнерадостный танец прерывается объявлением о начале войны, так похожим на приговор. И вот она – сцена, которая повторяется из века в век: мужчины, собрав ранцы, уходят на верную смерть, а женщины воют, мёртвой хваткой цепляясь за их плечи и колени, пытаясь удержать своих кормильцев и защитников… 
Изломанные, полные страдания движения, исступлённые позы, искажённые лица актёров передают нам боль от этой разлуки. И символичны содрогания в акте любви, совершённом на прощание под танго «Утомлённое солнце» (кстати, эту сцену не назовёшь эротической, и выглядит она не пошло, а одновременно горько и жизнеутверждающе). 
Иногда персонажи спектакля словно обретают крылья. Но этот полёт несёт в себе невозможную боль. Так, почтальонша (Наталья Лавриненко), которой выпало разносить по семьям «похоронки», мечется как подстреленная птица. Женщины-вдовы, кутаясь в чёрные косынки, уподобляются вороньей стае. Призраки убитых солдат величественным, но невесомым шагом шествуют по сцене под знаменитую песню «Белые журавли» – и действительно, очень напоминают этих благородных птиц. 
Альбина Демченко проживает на сцене короткую, но яркую, как вспышка, жизнь. В первых эпизодах она – школьница, старшеклассница, в которой уже просыпается Женщина и которая не может отпустить на фронт любимого парня. Затем она взрослеет, уходит туда вслед за ним, перекинув через плечо сумку медсестры… и уже из репродуктора мы узнаём о её героической гибели. Девчонка, вчерашняя школьница, пожертвовав собой, спасает жизни десятков взрослых мужчин – и это, увы, не художественный вымысел. 
Сами советские солдаты (Данила Сайфуллин, Сергей Шахмуть, Антон Костин, Эдуард Султанбеков, Андрей Иванов, Радик Дибаев, Пётр Шуткин) не боятся и чёрта: хохочут в окопах, лихо пародируют Гитлера, пляшут вприсядку под пулями; как дети, радуются полученным из дома письмам. Такие красивые, такие весёлые – и такие обречённые. 
Но всё-таки, благодаря нашей памяти, – бессмертные. И этот замечательный спектакль помогает нам помнить их всех – и мужчин, проливающих кровь за родную землю, и женщин, надрывающихся в тяжёлом труде, и девочек, бросивших свою юность и красоту в пекло войны. 
Повторимся: за всё действие актёрами не было обронено ни слова (исключая междометия, смех, стон). Но, выходя из зала, начинаешь понимать смысл античной мудрости: «Когда молчат – кричат…».

В Оренбургском драматическом театре состоялась премьера спектакля-реквиема «Письма памяти» о событиях Великой Отечественной войны. Постановка приурочена к юбилею Великой Победы.

На протяжении всего спектакля звучал  музыкальный ансамбль из песен военных и послевоенных лет:  «Священная война», «Жди меня», «Журавли», «Эх, дороги…», «Я милого узнаю по походке» и др. Сюжетные линии театрального рассказа сменяли друг друга в ритме вальса, танца, который был так любим всеми героями спектакля.   Актеры без единого слова рассказали о жизни одного двора.

Начало описывает обычную мирную жизнь людей, которые любят, любимы и, кажется, будут любить всегда. Они, живут, радуясь каждому дню, каждой минуте, проведенной с родными и близкими. Ничто не предвещает беды. Но внезапно на них обрушивается война… Семейные драмы, искалеченные судьбы, томительное и тревожное ожидание писем с фронта, слезы радости и горя – все прожито актерами на одной сцене.

Война нещадно разделила жизнь героев на до и после, оставив неизменной лишь довоенную фотографию. Фотографию той поры, когда  в  их дворе царил дух безмятежности и мира. За возвращение этого мира заплатили собой те, чьи письма бережно хранят по сей день.

Заслуженный артист Украины Олег Николаев работал над спектаклем с начала 2000-х годов. Популярность его произведения росла с каждым годом. Как говорит сам постановщик и балетмейстер: «Спектакль поставлен давно и пусть идет вечно. Ребята погрузились в историю, делали все с большим удовольствием, с полной отдачей. Тематика военная, но такая понятная. Она в нас сидит на генном уровне».

- Мне кажется для тех, кто увидел премьеру и пришел в театр - это главный спектакль в их жизни. Сегодня для всех актеров Олег Николаев сделал соло. Атмосфера настоящей жизни, прожитой ими на сцене с помощью Олега Николаева, мне кажется, дает очень хороший импульс и толчок к дальнейшему освоению профессии, -  говорит заместитель председателя Оренбургского отделения Союза театральных деятелей Екатерина Шарапова.

Еще не отошедшая от игры, со слезами на глазах, Лейла Гусейнова, исполнившая роль жены офицера, поделилась  своим впечатлениями об игре. По словам актрисы, ее  главная  задача заключалась в попытке передать чувства женщины к любимому мужчине, с которым ее разлучила война, в полной мере воссоздать чувственность женского образа.

В Оренбурге спектакль «Письма памяти» можно увидеть в марте, апреле и мае. С оригинальной постановкой уже знакомы многие города России, в том числе Москва, Дмитров, Вязьма, Псков, Санкт-Петербург, Кронштадт и другие.

Девятого мая спектакль одновременно пройдет в Орле, Москве, Оренбурге, Днепропетровске и Кишиневе.

В конце марта в драматическом театре им. Горького состоялась премьера - «Позови меня в прошлое» по пьесе Павла Рыкова. Режиссёром-постановщиком выступил Рифкат Исрафилов. Спектакль посвящен 70-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Удивительно, но автору пьесы и режиссёру удалось собрать разрозненные эпизоды военных лет в целостную картину, при этом не превратив действо в подобие художественного парка аттракционов на тему войны, как стали делать современные режиссёры на западе, да и у нас в стране. Безусловно, авторы шли на риск. В год 70-летия Победы зритель бы не простил поверхностного подхода к этой теме. Важно было показать глубинную мотивацию тех, кто умирал на фронте, страдал в плену, выживал в тылу. Более того, ответить на вопрос: а если сейчас произойдёт что-то подобное, то как мы, наследники Победы, встретим это? И спектакль даёт ответы.

Коротко о сюжете. Группа молодых людей, опьянённая вседозволенностью ночи, разгорячённая алкоголем, попадает в музей. Акция «Ночь музеев» кажется им весёлой забавой: можно порезвиться в залах, поприкалываться над смотрителем, попялиться на экспонаты. Но очень скоро такое развлечение надоедает и под дружный хохот они отправляются «тусить» в клуб. Остаются лишь двое: Аня и Саша. Они и становятся свидетелями ожившего прошлого.

Пока шли современные сцены, откровенно говоря, хотелось покинуть зрительный зал. Чрезмерная гиперболизация образов молодых людей из весёлой компании вызывала неприятие. Из спектакля в спектакль у молодых актёров кочуют стандартные приёмы выражения разнузданности: намеки на половой акт, развязанная манера говорить, пошлый смех и так далее. По большому счёту, желание режиссёра показать, каким отвратительным может быть современное поколение, понятно. Вот, смотрите, такие, быть может, ваши дети – распущенные, глумящиеся над всем. Как они могут хранить историческую память народа, когда сами теряют человеческий облик? Ну, главное, что зритель идею ухватил, а уж как до него её донесли – тема отдельного разговора…

Итак, двое остаются в залах музея, а мы в зрительном зале. И проводником в мир войны стала музейная смотрительница. А дальше началось то, за что готов простить и волнительное ожидание перед началом спектакля, и «распущенное» начало вместе с игрой молодых актёров.

Каждая сцена это маленькая история, по которой можно написать отдельный роман. Причём с большим количеством исторически точных деталей. Автору пьесы удалось мастерски рассказать о войне сквозь призму судеб тех, кто так или иначе был связан с Оренбургом, Чкаловской (Оренбургской) областью. Зритель встречается и с великим татарским поэтом Мусой Джалилем, и с композитором Соловьевым-Седым, поэтом-песенником Алексеем Фатьяновым, фронтовым журналистом Михаилом Клипиницером, с прославленным советским военачальником Александром Родимцевым и, конечно же, с одним из самых известных участников антифашистского подполья Александром Шморелем.

Диалоги между актёрами короткие, выверенные, жизненные. Такое ощущение, что автор пьесы буквально конспектировал за реальными людьми. Это и бойцы, обожжённые боем, которым совсем уж не до интервью с попавшим на передовую корреспондентом. Им бы выдохнуть, выругаться, смыть кровь с лица, пополнить боекомплект – и снова в бой! Пожалуй, это один из самых сильных эпизодов спектакля. Очень точно удалось передать чувства, пластику и внутреннее напряжение человека, который только вышел из тяжелого боя и которому надо вновь возвращаться в это пекло.

Это и сцена, где почтальон приносит похоронку юной жене, теперь уже вдове. И взрывом раздаётся этот конверт для почерневших от горя тысяч таких же женщин.

Борьба добра и зла не прекращается ни на секунду. С фронтовой передовой зрителя переносят в застенки концлагерей. Муса Джалиль после избиений, пыток продолжает сражаться с внутренним демоном. Откажись от своих идеалов, признай правоту и главенство нового рейха, отрекись от своей родины  – и вот ты уже спасён. Так просто. Демон продолжает истязания не физические, но духовные.

Какой сущности поклоняются немецкие солдаты, у которых на пряжках ремней выбито «Бог с нами»? И в кого верит Александр Шморель, отстаивающий даже на эшафоте право человека быть свободным? Тема борьбы Бога и Демона пронизывает весь спектакль где-то намёками, где-то прямыми отсылками.  

На какое-то время я сознательно выключился из происходящего на сцене, переведя внимание на зрительный зал. С момента начала спектакля прошёл уже час…

Небольшое отступление. Первый звонок и зрители уже занимают свои места. Толпящиеся на входе школьники, начинают свой шумный проход в зал. Взрослые, вздыхая, предвкушают всю прелесть совместного просмотра. Не стесняясь, почтенный мужчина констатировал, что ему опять не дадут спокойно насладиться спектаклем.

Итак, прошёл час… По всем канонам жанра «поход в театр с классом» сидящие в партере юные зрители должны были уже заёрзать кресла до дыр, начать шушукаться, тихонько посмеиваться над актерами, освещать темноту зала вспышками от экранов своих телефонов. Но этого не было. Все они – школьники – ловили буквально каждую фразу, каждое действие, происходящее на сцене.

Рядом со мной молодая девушка не переставал вытирать глаза носовым платком. Я уже не говорю о старшем поколении: тишина зала, сценические паузы прерывались женскими всхлипываниями и мужскими тяжелыми вздохами. Поразило то, что даже парень, на вид лет 30, сидевший правее меня, время от времени с усилием потирал подбородок, видимо, борясь с подкатывавшим к горлу комом.

В этот момент над сценой загорается экран. С его белого полотна в зал смотрят глаза узников фашистских лагерей смерти. Евреи, русские, поляки, украинцы, мужчины, женщины, дети – ни национальность, ни возраст, ни пол – ничего… Только глаза, наполненные горем и ужасом пережитого. А на сцене в этот момент допрашивают немецкого офицера, охранявшего эту «фабрику смерти».

Сознательно не берусь пересказывать весь сюжет и финал спектакля. Это нужно увидеть самому, окунуться в атмосферу прошлого и перенести её в настоящее. Дать оценку самому себе: а ты помнишь всё это, ты готов выстоять и пережить подобное?

Уже после спектакля я шёл в гардероб в окружении школьников.

- Классно! Мне понравилось. Я всё это помню, - делилась впечатлениями с подругами одна девочка.

- Да ничё вы не помните, - пытался подначить её одноклассник.

- Ну, может не всё. Но мы помним, Дима, - с обидой ответила школьница.

К 70-летию Победы Оренбургский драматический театр имени Горького представил сразу две премьеры, посвященные памяти героев Великой Отечественной войны

Это военная летопись «Позови меня в прошлое» по пьесе оренбургского автора Павла Рыкова в постановке народного артиста России Рифката Исрафилова и спектакль-реквием «Письма памяти» в постановке заслуженного артиста Украины Олега Николаева.

После премьерных показов постановочные группы обеих спектаклей встретились со зрителями в Театральной гостиной. Постановка Олега Николаева «Письма памяти» — пластическая композиция, в которой звучат песни военных и послевоенных лет. Под эту музыку артисты, не проронив ни слова, рассказывают историю одной фотографии. Вернее — танцуют историю одного двора. А история про то, как всем двором провожали на фронт своих мужчин, как встречали тех, кто вернулся. Или не встречали. Как ждали писем с фронта. Кстати, в работе над обеими постановками были использованы письма воевавших оренбуржцев. Помимо этого Олег Николаев придумал еще один интересный ход: письма, которые получают героини его спектакля, тоже настоящие. Но написаны они их «любимыми» — персонажами спектакля. Причем, содержание писем им неизвестно до того момента, пока они не вскроют конверт во время представления. Читая эти треугольнички с фронта, героини плачут...

Рассказать о войне со сцены не просто, а станцевать — тем более. Но в зале, пожалуй, нет ни одного человека, которого бы этот танец памяти не взволновал до слез.

— Как удалось балетмейстеру-постановщику добиться того, чтобы драматические артисты танцевали как артисты музыкального театра? — не удержался от вопроса журналист «ОН».

— Я не ставил перед ними сложные хореографические задачи, — признается Олег Николаев. — Кто как может двигаться, тот так и двигался. Кто как может прыгнуть, тот так и прыгает. Это бытовая пластика.

— Не упрощайте, Олег Викторович, — возражает художественный руководитель Оренбургского драматического театра Рифкат Исрафилов. — Естественно, это не балет. Естественно, мы не требуем профессионального подхода к танцам от драматических артистов. Но то, что сделано, мне кажется, сделано очень достойно. И в пластическом отношении, и по внутреннему переживанию. Артисты не столько танцуют, сколько проживают эту ситуацию, пропускают через себя. Танцуют не ногами, а душой. Этим и интересен спектакль.

Разговор был настолько откровенный, что из зала прозвучал вопрос о том, насколько уместны в спектакле о войне эротические сцены. Ведь люди того времени были чистые и целомудренные.

— Но они были люди. Насколько чище нас — это сложный вопрос. Люди прощаются. Последний поцелуй, последнее объятье, — размышляет Олег Николаев, отвечая на вопрос.

— Можно к этому относиться по-разному, — развивает тему Рифкат Исрафилов. — Но бывают и такие человеческие проявления, когда люди уходят на смерть. У меня тоже были такие сцены. Я ставил в Уфе «Долгое, долгое детство» Мустая Карима. Потом поставил спектакль и в Москве. Тоже были претензии. В национальном театре мне сказали: «Как же так? По Корану не позволено». Но когда человек знает, что он может не вернуться, погибнуть, тут, увы, даже Коран не поможет. Это прощание с любимым человеком — возможно, навеки. Поэтому женщины впитывают в себя любовь мужа, провожая его на смерть. А возьмите фильм «Ромео и Джульетта» Франко Дзеффирелли. Никто не думает о том, что у главных героев происходит в постели. Это чистая любовь. Вот так и в спектакле «Письма памяти».

Почему сцене прощания уделена едва ли не большая часть спектакля? — не унимался «добрый зритель в девятом ряду». Оказалось, Олег Николаев взял за основу семейную историю — как уходил на войну его отец. И по рассказам отца, и по рассказам матери, прощание было действительно долгим. Да, чувство долга обязывало. Но было и внутреннее сопротивление. Трудно покидать родной дом, близких людей, зная, что это, быть может, навсегда. Например, из выпускников 1941-го года вернулось с войны всего три процента. О чем говорить, если рядовой пехотинец «в среднем» переживал лишь четыре боя! Пятый был роковым...

 

* * *

Из родной деревни Рифката Исрафилова ушли на фронт 380 человек, а вернулись четверо. Среди тех, кто не вернулся, — старший брат Рифката Вакиловича. Он погиб на Украине. Поэтому для Исрафилова тема Великой Отечественной войны близка и выстрадана. Увы, не все театральные деятели так близко к сердцу принимают эту тему. Многие московские театры прошли мимо 70-летия Победы. Вроде как — ну о чем тут говорить, если все и так всё знают о войне. Увы, не все и не всё.

— Когда я ставил спектакль «...А зори здесь тихие» в театре Ермоловой в Москве, — рассказывает Рифкат Исрафилов, — то был свидетелем, как голландское телевидение накануне Дня Победы берет интервью у русского парня. Спрашивают, кто победил в Великой Отечественной войне. И он отвечает: американцы. Я был потрясен. И подумал, что в этом есть и моя вина, и вина театра. Мы должны напоминать каждому поколению, кто победил в этой войне и какими жертвами. Спектакль «Позови меня в прошлое» — это дань нашей истории. Это напоминание потомкам о жертвах, принесенных их предками на алтарь Победы.

«Позови меня в прошлое» — спектакль о необычном путешествии. Компания молодых людей, случайно попав в музей во время акции «Ночь музеев», оказывается в Оренбурге (тогда Чкалове) времен Великой Отечественной. История закружила ребят и вовлекла в круговорот событий тех далеких лет. Имена героев войны обрели плоть и кровь, представ живыми людьми: поэт-герой Муса Джалиль, студент-антифашист Александр Шморель, генерал Александр Родимцев, поэт-песенник Алексей Фатьянов... Как меняется мировоззрение молодых людей после ночи, проведенной в стенах музея, — вот о чем этом спектакль «Позови меня в прошлое».

Региональной документально-политической драматургией назвала литературную основу пьесы преподаватель Оренбургского государственного педагогического университета Светлана Ханаш, подчеркнув ее востребованность, потому что именно такой материал формирует патриотизм, любовь к малой родине.

— Многие представители старшего поколения возмущаются тем, что молодежь, не знает своей истории. Но это закон социальной памяти — все забывается. Время имеет свои законы. Молодежь не виновата. Тем более что в последние десятилетия молодежью занимались мало. Политический курс был направлен на другое: страну меняли. Поэтому откуда бы нынешняя молодежь что-то знала? Как она может что-то оценить, если исторические концепции бросают нас то туда, то сюда? А этот спектакль — как бы приглашение в прошлое. Ненавязчивое, деликатное. Источник патриотизма в России многогранен. Но есть один главный стержень — память о Великой Отечественной войне. Какой еще народ выносил такое испытание? Очень ценно, что документализм пьесы облечен постановщиками и актерами в художественную форму — герои оживают, выходя из музейных витрин. Я считаю, что спектакль важен. Приглашение в прошлое сегодня необходимо, как никогда.

 

* * *

С особым интересом собравшиеся слушали заслуженного артиста РоссииАлександра Папыкина. Он из тех, кого называют детьми войны. Ему было пять с половиной лет, когда его отец ушел на фронт. Александру Ивановичу запомнились эти проводы. Запомнилось и то, что жилось ужасно голодно. Он помнит самодельные мельницы-крупорушки, помнит вкус лепешек из подорожника, которые делала его бабушка. Когда у него спросили, какие сладости ели во время войны, он рассказал про силиглину. Нынешние дети не знают, что это такое. А это вот что: во время половодья в овраги сносило с круч глину, и на дне пересохших к концу июля ручьев образовывалась ломкая корочка. Вот этими корочками и лакомились ребятишки военного лихолетья. Они напоминали им шоколад.

— Это были наши сладости, — рассказывает Александр Иванович. — А когда я учился в пятом классе, уже после войны, нам дали по кулечку, свернутому из газеты, в котором было по четыре-пять помадок. Это был восторг. Я до сих пор угощаю детей помадками. Хочу, чтобы нынешние ребятишки испытали сладость моего детства.

За долгие годы работы в театре, а Александр Иванович отдал сцене 55 лет, он сыграл не в одной военной постановке — в «Соловьиной ночи», «Перебежчике», «Русских людях». Носил форму и солдата, и сержанта, и капитана. В спектакле «Позови меня в прошлое» у него небольшая роль. Всего одна фраза — про Европу, которая ополчилась против нашей страны. Но он вкладывает в эту фразу столько, что мало не покажется — ни зрителю, ни Европе.

— А как я должен относиться к Европе?! — восклицает артист. — Вся Европа воевала против нас. И эту всю Европу Гитлер завоевал быстрее, чем два квартала в Сталинграде. У нас в плену было 2 миллиона 546 тысяч 242 немца, а 766 тысяч 901 человек принадлежал к другим объявившим нам войну нациям — венгры, румыны, итальянцы, финны, французы... И Наполеон в свое время тоже собрал всю Европу. В наполеоновской армии только половина были французы, а остальные — итальянцы, немцы, швейцарцы, поляки... Европа и сейчас воюет против нас — на Украине.

 

Не остались в стороне от разговора и молодые артисты, подарившие зрителям «частичку того времени». Они посоветовали своим сверстникам: «Больше читайте, слушайте, спрашивайте у дедушек и бабушек — что такое война? Как они это пережили? Потому что для нашей страны это было большое горе. И нам нужно пережить это горе хотя бы по книгам и рассказам. Надо знать, что это такое. И нужно ходить в театр, смотреть спектакли о войне. Впрочем, мало смотреть, надо видеть. И помнить — за нас проливали кровь и погибали. Достойны ли мы этого?»

 

- Не подходи к нему! Это удав! Это не гиппопотам! — дети вскочили со своих мест и встревоженными криками заглушили весь монолог удава, пытающегося загипнотизировать доверчивого львёнка. Ребята настолько рьяно взялись за защиту главного героя спектакля «Таинственный гиппопотам» оренбургского драмтеатра, что чуть не поколотили коварную змею.

Львёнок Лёва, бегемотик Боря, павлин Павел, удав Устин, кролик Константин и другие персонажи с созвучными своей натуре именами явно нашли ключ к детскому сердцу.

Несмотря на то, что взрослый взгляд увидел некий диссонанс в том, что все мужские роли (кроме жирафа Жоры) исполняли молодые актрисы, юные зрители, видимо, не стали заострять на этом внимание, а просто сразу и безоговорочно поверили в происходящее на сцене.

История о том, как львёнок Лёва искал настоящего друга (как ему сказали, им может стать только некий гиппопотам), не замечая, что тот уже находится с ним рядом, оказалась насколько проста, настолько и увлекательна.

Во время полного опасностей поиска таинственного незнакомца, Лёва и Боря проявляют находчивость, смелость и узнают значение настоящей дружбы. В этом миксе приключений и открытия простых, но важных истин, наверное, и заключается успех спектакля.

Одним из плюсов постановки, на мой взгляд, можно считать не только яркие и порой потешные образы героев, но и живое исполнение ими всех песен. Так композиции звучат гораздо душевней, чем под фонограмму, правда, без микрофонов — не всегда отчётливо для последних рядов. Тем не менее, лёгкая и запоминающаяся песня главных героев ещё долго преследовала зрителей, покинувших театр.

В общем, несмотря на то, что «Таинственный гиппопотам» появился в репертуаре накануне Нового года, наверняка, его волшебная страна Мераликундия будет принимать гостей на протяжении всего года.

Безусловно, режиссёр-постановщик Рифкат Исрафилов осознанно шёл на риск, решив перенести сюжет всеми любимого фильма на сцену. Та же история, те же персонажи, те же любимые словечки и крылатые фразы. Избежать сравнения было просто невозможно. 
Смотря на Попандопуло в исполнении Андрея Иванова, то и дело вспоминалась игра Михаила Водяного, а Сергей Тыщенко в роли Назара неизбежно навевал мысль о Владимире Самойлове. Но сказать, что кто-то выигрывал или проигрывал в этом сравнении, нельзя. Практически у всех актёров получилось вдохнуть в героев новую жизнь, представив их чуточку иначе. 
На помощь спектаклю пришли и прекрасно поставленные заслуженным артистом Украины балетмейстером Олегом Николаевым танцевальные номера. Причём смотрелись они здесь не искусственно, а как логичное продолжение сцен. 
Не обошлось, конечно, и без народных песен. Причём репертуар героев отличался от их киношных собратьев (хотя многим наверняка хотелось бы услышать от Попандопуло известную «Где же ты, Маруся»).
К слову, как зачастую принято в музыкальных комедиях, песни в основном исполнялись под фонограмму, но, как было слышно в зрительном зале, практически все актёры не прятались за ней, а пели и вживую. 
Всё это вместе - актёрская игра, зажигательные танцы, заставляющие зрителей пританцовывать в креслах, и колоритные украинские песни - сотворило настоящую магию. Ко второму акту постановки практически никто уже и не вспоминал об одноимённом фильме. Герои зажили на оренбургской сцене. 
За это особенно хочется поблагодарить Наталью Ренёву (Софья), Сергея Тыщенко (Назар), Наталью Панову (старуха), Бориса Круглова (Грициан), Алсу Шамсутдинову (Комариха) и Марию Губанову (Трындычиха). При этом нельзя не упомянуть исполнителей эпизодических ролей, многие из которых были вовсе без слов. Однако именно такие персонажи, как Рябобаба (Эдуард Султанобеков) или молодуха (Лейла Гусейнова), только одним своим появлением создавали атмосферу многих сцен. 
Кстати, в целом в спектакле было задействовано 45 актёров: от второкурсников института Ростроповичей до таких мастеров, как Александр Папыкин и Зинаида Карпович. «Свадьба в Малиновке» объединила все силы театра и стала для зрителей действительно праздником. 
Уже после окончания спектакля актёры, постановщики и журналисты собрались в гостиной для обсуждения результата. За отличную работу были отмечены и музыкальный руководитель Тамара Пикулева, и художник-постановщик Тан Еникеев, и ассистент режиссёра Булат Хайбуллин. 
Пытаясь дойти до сути постановки, многие выступающие решили найти в ней идеологическую составляющую, указав, что при нынешних напряжённых отношениях России с Украиной спектакль об украинской деревне с народными танцами и песнями можно расценивать именно как политический жест. Возможно, так и задумывалось: бандиты Грициана расплачиваются долларами, а в конце под фразу «Власть больше не меняется» на сцене появляется российский флаг образца 1914 года. Но если честно, очень не хотелось бы, чтобы это было правдой. 
В области, где украинцы — четвёртая по численности национальная группа, постановка с использованием украинского языка должна восприниматься, как нормальное явление. Не «актуальное», «своевременное» и «столь важное сегодня», а нормальное. Остальное - как раз политический жест.
Тем не менее, очистив мысли от идеологического налёта, на выходе получаем благодарность просто за добротный и яркий спектакль. Комедию, где можно отдохнуть душой и глазами. 
Наравне с «Бесталанной» «Свадьбу в Малиновке» можно считать образцом «народного» спектакля, где хрупкая грань между жизнью наших предков и её лубочным изображением, к счастью, не была перейдена.

Может ли фильм или спектакль, в котором пусть и с изрядной долей юмора показаны события гражданской войны, не иметь политического подтекста? Думаю, нет. Не для того в свое  время создавались  такие пьесы, как «Свадьба в Малиновке» (1937 года рождения!), послужившая в 60-е основой для популярной музыкальной кинокомедии,  а сегодня -  для одноименной постановки областного театра драмы.  Может ли такой спектакль превратиться в яркое, захватывающее, динамичное действие, полное неподдельных эмоций и безудержного веселья? Конечно, да, что и доказала недавняя премьера.

Сравнение с удачным киновоплощением в таких случаях неизбежно.   Но, посмотрев старый фильм, убеждаешься, что и неуместно. Это как сравнивать когда-то модный, добротно сшитый, но уже изрядно поношенный и поблекший костюм с современной качественной вещью.  Общее у этих «Свадеб…» - только слова. Помните: «Трубка 15, прицел 120, бац-бац… и мимо!», «И шо я в тебя такой влюблённый, а?», «Ты мне дай такую работу, чтоб все работали, а я на них кричал»?  Но, учитывая, что театр  сделал свою редакцию по вариантам разных лет, даже в этом  смысле спектакль, поставленный народным артистом РФ Рифкатом Исрафиловым,  обогатился, и, наверное, скоро в народ пойдут свежие цитаты. То же можно сказать и  о,  казалось бы,  знакомых образах: у каждого персонажа появилась своя  изюминка, свой характер, наполненный  новым содержанием.

 Безусловно, успеху постановки  способствует музыка,  искусно подобранная музыкальным руководителем Тамарой Пикулевой, и песни, вживую исполненные драматическими актерами. Когда во время встречи со зрителями после спектакля кто-то усомнился в их вокальных возможностях,  Максим Меденюк, сыгравший влюбленного пастуха,  спел свою партию а-капелла. Но еще более важно то, что дают жанру музыкальной комедии  возможности театра драмы.  В атмосфере добродушного народного юмора, типичных деревенских сценок раскрываются по-настоящему глубокие образы.

События музыкальной комедии "Свадьба в Малиновке", как известно, разворачиваются в годы Гражданской войны. Вот так вот, брат на брата идет, а все поют и танцуют – не только от радости, но и, выражая гнев, печаль и страсть, которую невозможно сдержать. Эти массовые сцены (а всего в спектакле занято 45 человек) особенно эффектны, и остается только удивляться, как режиссеру и хореографу удалось синхронизировать их действия, сохранив при этом индивидуальность каждого героя. А мы, зрители, затаив дыхание, как будто смотрим в трубочку волшебного калейдоскопа, где одна сочная картинка сменяет другую.  И, кажется, что  все  45 актеров   одновременно живут  на сцене, а село Малиновка существует на самом деле.  Остались в нем преимущественно одни бабы, отношения между которыми  накалены до предела. Маленькая искорка, одно обидное замечание  Трындычихи (Мария Губанова) в адрес Комарихи (Алсу Шамсутдинова) – и вспыхивает пламя настоящего скандала, потушить который не в силах даже видавший виды дед Нечипор ((заслуженный артист РФ Александр Папыкин).  И хотя наши актрисы внешне  не очень  похожи на дородных украинских селянок, колорит таких разборок им удается передать очень достоверно.   Как и женскую тоску, неизбежную спутницу войны. Но особенно пронзителен  образ Софьи (Наталья Ренева), много лет назад потерявшей мужа. Даже если бы актриса не произнесла ни слова, ее взгляд, походка, сдержанная улыбка, обращенная к дочери – только это передает столько скрытой боли, терпения и надежды, свойственных, наверно, всем женщинам, и русским, и украинским.

  Власть в селе  постоянно меняется, жители не успевают угождать то белым, то красным, то серобуромалиновым.  А тут явилась банда Грицко (заслуженный артист РФ Борис Круглов), персонаж насколько зловещий, настолько и комичный.  Особенно в обрамлении своих приспешников – знаменитого Попандопуло (Андрей Иванов), сменявшего пулемет на модные штаны,  и Марго Рыжей (Татьяна Вдовина).  Их образы выписаны так гротескно, так изысканно сатирически, что только ради этой троицы стоит посмотреть спектакль. Возомнив себя всесильным паном-атаманом Грицианом Таврическим, Грицко  задумал жениться на влюбленной в пастуха  красавице Яринке (Альбина Демченко). Вы, конечно, помните, что ничего у него не вышло. Девушка была спасена, а бандиты разгромлены  благодаря хитроумному плану командира отряда бригады Котовского  (заслуженный артист РФ Сергей Тыщенко).   Но в ожидании счастливой развязки напряжение не спадает, и зритель, знающий эту историю наизусть, искренне сопереживает страданиям героев. Заканчивается спектакль зажигательной украинской свадьбой и …современным флагом Российской Федерации, который разворачивают под известные слова: «Власть больше не меняется!»

Если не все, то многие, вероятно, вспомнили про ставший российским Крым и про  Новороссию, где  идет война, и до вывешивания  флага, похоже, еще далеко.  Что бы там ни говорили, ассоциация напрашивается сама собой.  В марте 2012 года местные националисты потребовали запретить к показу на Украине музыкальную комедию «Свадьба в Малиновке», кстати говоря, написанную украинскими авторами. Поводом стала ее постановка в Житомире в исполнении артистов театра «Петербургская оперетта». Протестующие утверждали, что  «подобные произведения имеют откровенное реваншистское направление и пропагандируют „Русский мир“»,  что украинцы  показаны в пьесе «пьяницами и ворами, а отряды местной самообороны, защищавшие украинские земли от московско-большевистских орд, названы бандами».

Конечно, высказывания героев «Свадьбы…» бьют не в бровь, а в глаз: 

- И все мои ребята стоят за свободную личность, - говорит Грициан, всякий раз  в качестве аргумента использующий револьвер.

- Значит, будут грабить… - привычно вздыхают жители Малиновки.

 

 Кто мог предвидеть, что старая комедия, спустя многие годы,  будет настолько актуальна и для кого-то даже оскорбительна?  Однако, по словам постановщиков, оренбургская «Свадьба» преследует совсем другие цели – примирительные и объединяющие.   Великолепно костюмированное театральное действо, насыщенное  лиричной и зажигательной украинской музыкой, песнями,  сцена, оформленная картинами украинской художницы – все это не только знакомит нас с бытом этой страны, но и  показывает, как много у нас общего. 

-А  я раньше думала, что убивать людей – это забавно. А это скучно!

- Да, это быстро наскучивает…

(диалог из пьесы «Лейтенант с острова Инишмор»)

О «котиках» раздора

Премьера областного театра драмы «Лейтенант с острова Инишмор», представленная зрителям в  сентябре, уже вызвала немало споров. Говорят, были и те, кто голосовал ногами, покидая  зал задолго до окончания действия. Признаюсь, меня это несколько удивило:  видела одну из предпремьерных репетиций спектакля, и он выглядел  вполне удачным. Тем более что комедия абсурда – не такой уж частый гость на оренбургской сцене.

 Предупреждения («рекомендуется к просмотру людям со здоровой психикой и тонким чувством юмор») казались излишней предосторожностью, скорее призванной заинтриговать зрителя. Читая пьесу английского драматурга  Мартина Макдонаха, действительно ожидаешь  чернухи,  натуралистичной жестокости и нецензурной  лексики. На сцене  громко стреляют, будто бы отрезают ногти и ноги, распиливают трупы. И убивают котиков, сшитых из искусственного меха.  Но все это показано настолько условно, с таким гротеском, что  зрители, как и  герои, рискуют  умереть - от смеха до колик в животе. Режиссер-постановщик Александр Федоров намеренно ушел от натурализма, с которым ставят Макдонаха на Западе.  Как заметил мой 15-летний сын, когда мы с ним на днях,  вернувшись из отпуска,  посмотрели спектакль, по сравнению с обычным выпуском новостей ничего шокирующего в «Лейтенанте…» нет. А вот по значимости поднятых в ней проблем пьеса может конкурировать и с серьезной телепрограммой. Впрочем, все зависит от уровня восприятия.

  Для кого-то  «Лейтенант с острова Инишмор» - это черная комедия в духе Тарантино, где  придурки-террористы  убивают кота другого террориста, Падрайка (актер Антон Костин), а тот в отместку начинает уничтожать  всех подряд, не исключая  родного отца. Потому что кот для этого красивого молодого и очень жестокого человека, ни во что не ставящего человеческую жизнь – самое дорогое на свете существо (что, впрочем, не мешает ему стрелять в чужих котов).  Ради спасения драгоценного Малыша Томаса он отрывается от важных дел и перестает мучить наркодилера, которому  уже успел что-то оторвать и отрезать. И даже советует бедолаге  обратиться к врачу – чтобы не было заражения крови. Эта сцена задает тон всему дальнейшему действию, и требует от героев огромного эмоционального напряжения.  Дмитрию Татаринцеву, сыгравшему распространителя наркотиков, нужно  изображать состояние человека, которого медленно пытают,  верить в то, что происходит, но в то же время относится к этому с иронией. И с этого момента мы, зрители, осознаем, что воспринимать все нужно с изрядной долей условности.  Задача  спектакля  вовсе не в том,  чтобы смаковать сцены насилия.

 В современном мире происходит подмена многих традиционных понятий. Все эти убиенные котики  показывают, что сегодня  к животным порой относятся более трепетно, чем к людям. Но спектакль не только об этом. Котики – скорее обобщенный абсолютно надуманный повод, из-за которого совершается разнообразное мировое зло.  Юная Мейрид, похожая на взвинченного мальчика-подростка, с вечно напряженным лицом и намеренно грубым голосом  (актриса Юлия Каштанова и  студентка ОГИИ Анастасия Карасева, чью работу хочется особо отметить),  идущая по стопам Падрайка, в  знак протеста против негуманного умерщвления скота, повыбивала всем коровам острова по глазу. Такую корову, по ее мнению, уже никто не купит. Похожие на эти глаза шарики от пинг-понга падают на сцену в самом конце представления. Напоминая о правилах этой  игры, по которым отброшенный шарик к тебе и возвращается. Донни (актер Сергей Шахмуть), отец главного героя, признается, что избивал свою мать, потому что та действовала ему на нервы. Сегодня  он сам трепещет от ужаса перед собственным сыном. И когда собирается позвонить Падрайку, чтобы сообщить о гибели кота, мы видим, как он испытывает почти физическую боль, словно  тело его пронзают электрические заряды. Будто все пытки из арсенала Падрайка к нему уже применены.

Падрайк - практически воплощенное Зло, иногда его улыбка, кажется,  готовая  раскрыться во что-то искреннее,  тут же становится безумной. Но и на это зло есть управа. В конце взращенное им чудовище перестает слушаться своего хозяина. Мейрид без долгих раздумий убивает Падрайка, потому что он случайно пристрелил ее любимого кота! Она еще не знает, какое разочарование и опустошение ждет ее совсем скоро. Убивать-то, оказывается, скучно…

Котик – это символ, причина, равная мухе, раздутой до размеров слона. Нам кажется, что в вашей стране маловато демократии, а значит,  мы принесем вам свободу на крыльях своих истребителей. Не секрет, что, как и в спектакле, «котиков» убивают специально. С чего началось на юго-востоке Украины, который поначалу ни о  каком отделении и не мечтал? С лишения русского языка государственного статуса? Бывшие братья по оружию, прикончившие Малыша Томаса и тем самым заманившие главного героя  на Инишмор, вроде хотели отомстить за своего парня, сбывавшего школьникам наркотики.  Но вдруг из уст главаря банды, Кристи (актер Дмитрий Гладков), постоянно смешивающего  правду и ложь,  звучит откровение: ну убил и убил, так ведь пострадали наши финансовые интересы!

- Разве он заставлял покупать у него наркотики? И разве мы не имели по фунту с каждого пакетика …за свободу Ирландии? Мы освобождаем ее также для наркоманов, проституток и воров!

Под «Ирландией», как и под «котиками»,  можно подразумевать все, что угодно.  Гитлер, например, боролся за счастливую Германию. И циничный Кристи вещает с той же  убежденностью в свою правоту, зомбируя членов своей группировки. Один из них, Джоуи (Радик Дибаев) поначалу сомневается:

- Я бы ни за что не записался в ряды штурмовиков, если бы знал, что убивать котов – это ваш способ борьбы!

- Ты считаешь, что твои приоритеты важнее свободы Ирландии?!

 Эта банда – поведенческий срез любых подобных группировок, где даже  на кота не идут в одиночку, потому что духа не хватает. Падрайк на их фоне выглядит чуть ли не благородным героем, особенно когда трое вооруженных террористов, поставив его на колени, все равно явно  побаиваются своего противника. Один из них, одетый в среднеарифметический серый спортивный костюм, исподтишка пинает поверженного  героя в спину и по-детски радуется, что это сошло ему с рук. Только стая дает ему уверенность, отбирая за это право на собственное мнение. 

 

Как ни странно, правом выбора суждено воспользоваться Донни  и Дейви (Эдуард Султанбеков), якобы задавившему кота велосипедом и вынужденному за это расплачиваться. В этом цельном актерском тандеме оба персонажа   живут на одной ноте страдания маленького ни в чем неповинного человека, который есть на любой войне. Эти действующие лица поневоле (их то убить хотят, то заставляют расчленять трупы) даже более трагичны, чем тот, кто заведомо принимает и диктует правила игры. Их обреченность,  и даже смирение в какой-то степени подкупает. Выбор предоставляется, когда Донни и Дейви, последние оставшиеся в живых,  хотят выстрелить в  кота (Малыш Томас, из-за которого убили четверых человек и двух котов, вернулся домой невредимым). Так что, весь этот террор на пустом месте, что ли? – недоумевают они.  Мучаются, преодолевают себя,  и  решают … покормить Томаса. Круг жестокости не замыкается, оставляя зрителю надежду и много поводов для размышления.  Кстати, сатира всегда считалась  действенным оружием, потому что высмеянное Зло неизбежно теряет часть своей силы.

Валентина Соколова, "Южный Урал"№ 78 от 15.10.14 

Лет пятнадцать назад я впервые приехала в Оренбургский драматический театр и сразу же окончательно и бесповоротно влюбилась в одного из актёров. Уже и не вспомню, что это был за спектакль, и что это была за роль второго плана, но никогда не забуду, как мы с двоюродной сестрой единодушно решили остаться после него в зале и незаметно для взрослых прошмыгнуть за кулисы. В незнакомом мире, скрытого от зрителей театра, мы нашли заветную гримёрку и, робко постучав, попросили у актёра автограф.

- Да вы что, девочки, пошли бы к артистам, исполнявшим главные роли! – засмущался он.

- Но нам понравились именно вы! – в своих симпатиях мы были непреклонны.

Застенчиво улыбаясь, Сергей Кунин оставил росчерк в наших школьных блокнотах. И, без пафоса, — в сердцах. Ведь за все эти годы, какую бы роль он не исполнял — пусть даже с минутным появлением на сцене, — Сергей Константинович неизменно был ярок и неповторим.

15 октября он также феерично отметил своё 50-летие. Но, играя главную роль в спектакле «Пришёл мужчина к женщине» и, шутя во время поздравлений о том, что теперь он «причислен к лику театральных корифеев», Кунин по-прежнему был тем обаятельным человеком, в которого сложно не влюбиться.

- Я помню, как Сергей впервые вступил на эту сцену, — во время поздравлений, предвещавших спектакль, рассказал коллега Кунина, председатель Оренбургского областного отделения Союза театральных деятелей РФ Андрей Лещенко. – Мы тогда играли «Ревизора», а актёр, игравший Бобчинского, то ли заболел, то ли уехал. И вот вместо него появляется Серёжа. Причём с таким комичным видом, в таком непередаваемом образе, что все актёры начали смеяться ещё до того, как он сказал хоть слово. А уж как заговорил – все просто захохотали в голос! Я тогда сразу понял, он – настоящая находка для театра!

Будь то уморительный официант в «Номере 13», нерешительный Прозоров в «Трёх сёстрах» или задорный Карлсон, — роли Кунина запоминаются вне зависимости от времени, проведённого на сцене. Одно время он был настоящим королём эпизода но так приятно, что сейчас его можно увидеть в главных ролях.

Один из таких подарков зрителю – спектакль «Пришёл мужчина к женщине», показанный в день бенефиса Сергея Константиновича. Поставленная в 2012 году комедия до сих пор, по моему мнению, остаётся одной из лучших в репертуаре театра. За два часа два героя проходят множество этапов в отношениях. И в каждой из сцен, будь то робкое знакомство или пылкое выяснение отношений, узнаёшь настоящие человеческие характеры. Весь спектакль, находясь на сцене, Сергей Кунин и Алсу Шамсутдинова, не теряют внимания зрителя. А он – чувства теплоты и уюта от этих порой нелепых, но таких уютных людей.

- Вы снискали огромную любовь зрителей и многие приходят в театр именно ради вас, — отметил в поздравлении и.о. заместителя министра культуры и внешних связей Оренбургской области Анатолий Чахеев.

И это действительно так.

Актеру Оренбургского областного театра драмы имени М. Горького, заслуженному артисту России Сергею КУНИНУ — 50! В преддверии его бенефиса, который состоялся 15 октября со спектаклем «Пришел мужчина к женщине», мы поговорили с Сергеем Константиновичем, причем не только о его насыщенной творческой биографии, но и о широкой трудовой географии...

Воскресенье. Уютная гримерная на втором этаже, 20 минут до начала спектакля. Утром Сергей Кунин, один из самых востребованных в театре актеров, был Карлсоном (тем самым, который живет на крыше), а вечером выйдет на сцену в образе похотливого богача господина Карлье в комедии Клода Манье «Блэз».

— Сергей Константинович, давайте с самого начала: как в вашей жизни вообще появился театр? Может быть, произошло какое-то событие?

— Да нет. В детстве у меня, например, не было телевизора, я любил слушать виниловые пластинки, читать. Как и всем в детстве, интересно было ходить в театр, сказки смотрел. Рассматривал в фойе фотографии артистов. Приобщился потом к какой-то литературе про актеров. В детстве, наверное, все проходят некую творческую закваску, но у кого-то она остается, у кого-то нет. У меня осталась. Хотелось быть героем какого-нибудь мультфильма, хотелось в кукольный театр. Но, я думаю, здесь все начинается с характера.

— У артиста особенный характер?

— Как правило, смотришь — творческие люди отличаются... Не то что они не от мира сего, но, как у Чехова: когда ты напиваешься, то это уже не ты, а ты плюс еще кто-то. И вот эта сподвижка быть еще кем-то, и уже рамки обычно существования оказываются тесны. А ломают эти рамки не руки, не тело, а душа.

— Какое у вас самое яркое впечатление о студенческих годах? Все-таки легендарный ГИТИС был...

— Да, был ГИТИС, но я его оканчивал заочно. Когда поступил, мне было 24 года. Самому старшему у нас было 40 лет, потому что это было заочное обучение, а одним из условий такого обучения был уже имеющийся стаж в театре. Так что для меня театр начинался, можно сказать, с самодеятельности. Помню, в школу приходил один актер, который по каким-то причинам уже не работал в театре, организовал литмонтаж, и я в нем участвовал с удовольствием. Еще яркое впечатление, когда попал в Дом учителя в Симферополе (я родом оттуда), там была обычная комната, буквой «п» стояли стулья, и в тупике этой комнаты была сцена, просто такая приподнятость на пеньках, сделан деревянный настил и сзади классический задник, на нем березки, травка и Александр Сергеевич Пушкин — такой вот дух театра. Говорят, в церквах воздух намоленный, вот и в этой комнате был какой-то дух, когда у тебя нет школьной обязаловки. Вот эту намоленность я и ощутил.

— Вы родом из Симферополя, учились в Москве, работаете в Оренбурге. Как это получилось?

— Вообще мало актеров, которые постоянно живут на одном месте. И в нашем в театре кто где только не работал. Ну а у меня, что называется, волею судеб. В Симферополе я был в самодеятельных театрах, оттуда поступил в институт — со второй попытки, первый раз поступал в «Щуку». Крымский театр, тоже имени Горького, гремел тогда, но там спектакли штамповались, как пирожки, очень быстро. В детстве мне это нравилось — все время новые спектакли! А потом уже как-то не очень. Захотелось именно в российский театр, опять же, наверное, желание появилось благодаря книжной информации о великих деятелях — Щепкине, Качалове... Или, допустим, об отце русского театра Федоре Волкове — он вообще из Ярославля. Вот куда-то мне хотелось туда, не в столицу. Захотелось уехать, сломать рамки, географические границы своего творческого существования. Кто-то сказал о сильном театре в Самаре под руководством Петра Монастырского, и я поехал наобум, человек меня посмотрел, взял в труппу, и я там почти два года отработал. Криворожская музкомедия была, там тоже нужна была драма, но и петь нужно было. Познакомился с артистом Александром Сущиком, общались, потом связь потерялась, потом мы с ним нашлись: «Привет. Ты где?» — «Я в Оренбурге» — «Ух ты! В Оренбурге не бывал». Вообще хотелось проехать чуть ли не до Дальнего Востока. И вот приехал сюда. Еще в Питер ездил, в театр Акимова. В Москве оставаться особого интереса у меня не было, потому что большинство спектаклей известных театров меня как-то не вдохновило. Больше нравилось смотреть выпускные спектакли театральных институтов — «Щуки», «Щепки» и так далее. Оставаться не хотелось, хотя мы учились у Галины Волчек и Игоря Кваши, нас как бы готовили в «Современник», но и там что-то не сложилось, все уже были взрослые люди, кто-то, может, остался, а я помыкался и через знакомых оказался здесь. Вот уже 17 лет работаю в Оренбурге.

— Какую роль вы можете назвать этапной для себя не только как для профессионала, но и как человека?

— Наверное, последнюю большую роль в спектакле «Пришел мужчина к женщине», которую ставил у нас Семен Злотников. Считаю ее просто подарком судьбы.

— Каково было работать со Злотниковым — не просто режиссером, но и автором текста?

— Когда мы с Алсу Шамсутдиновой где-то врали текст, он нам говорил: «Знаете, я посоветовался с автором и решил...». Вот это была очень интересная работа. И такие большие этапные роли были здесь. Я назвал последнюю роль, а так — первая еще в «Дон Жуане», которого поставил Рифкат Исрафилов, потому что именно таких объемных работ у меня до этого не было.

— Никогда не жалели о выбранном пути? Может, однажды хотели все бросить, уйти из профессии?

— Нет, уже нет. У меня был один такой случай, когда я по некоторым обстоятельствам практически год не работал в театре, хотя у меня был хороший стаж. Когда я почувствовал вот этот режим работы, поначалу казалось даже интересным, а потом чувствуешь, что задыхаешься, потому что с девяти до пяти обычный режим работы... Для человека, который нюхнул театра, все это кажется такой рутиной. Я сталкивался с людьми, которые в силу, скажем так, семейных обстоятельств оказывались вне театра, и я видел их горе. Но у меня было небольшое преимущество — тогда я жил один (сейчас женат, имею ребенка), был сам себе голова, и не было никаких причин задерживаться в какой-то профессии, не касающейся театрального искусства. Жалеть — не жалею, естественно. В театре, в работе все бывает, есть своя рутина, но у актера такая задача, что ли, — он всегда должен находиться в ожидании, в форме. Можно долго прождать, а потом раз — и на тебя что-то свалится.

— У вас замечательная дочка Виолетта. Не желает по папиным стопам пойти?

— (Улыбается) Нет, еще только в школу пойдем. На сказки ходила, дома любит смотреть какие-то мультики-пультики. Все нормально, обычный живой ребенок, то есть о выборе профессии еще рано говорить. Сейчас задача родителей, то есть моя и супруги, чтобы ребенок был умным, нормальным, не обманывал, не капризничал.

— Ну а если все-таки в актрисы захочет?

— Не знаю, я к этому как-то... Вот у меня, допустим, отец был против того, чтобы я работал в театре, поэтому мне пришлось окончить автотехникум. Отец сказал: «Сначала получи профессию, потом занимайся, чем захочешь». И я ее получил. Сейчас уже родители не просто смирились, но и знают, что их сын законченный театральный артист.

— Чего бы вы хотели пожелать зрителям и артистам — в том смысле, чего им не хватает на сегодняшний день?

— Зрителям, конечно, пожелаю ходить почаще в театр. Мне иногда кажется, что театр — это вообще искусство местечковое. И не то, чтобы театр воспитывал, вообще не люблю слово «воспитывать», но театр предлагает какие-то вещи. Не всегда зрителю все нравится, но мне бы хотелось, чтобы люди в театре не просто вечерами отдыхали, но и чтобы в меру духовная пища у них была. А нам, актерам, что можно пожелать? Чтобы мы не скисали. Сейчас другие времена, раньше были командировки по разнарядке: уезжаешь в другой город на два месяца, у тебя есть время что-то посмотреть, пообщаться. Сейчас мы все как бы не то чтобы задавлены, но находимся под неким прессом бытности: у всех семьи, у всех дела. Творческого духа желаю всему нашему театру, чтобы он не угасал, «а иначе зачем на земле этой грешной живу?», как писал Булат Окуджава.

— Чего вы ожидаете от жизни дальше?

— Естественно, человек в таком возрасте оглядывается назад. Вижу, что какие-то события уже были. Впереди... Даже не знаю. Человек предполагает, Бог располагает. В то же время, на Бога надейся, а сам не плошай. Посмотрим.

 Было три звонка, было три звонка, готовимся к началу спектакля», — сообщает по трансляции строгий голос помрежа. Покидаю гримерку заслуженного артиста России Сергея Кунина с таким приятным чувством, какое бывает после общения с человеком по-настоящему приятным и интересным. Самых творческих успехов вам, Сергей Константинович!

 

Актеру Оренбургского драматического театра Александру ФЕДОРОВУ 31 год. Почти половину своей жизни, а именно 14 лет, он провел на сцене. Сначала в качестве актера, а теперь и режиссера.

17-18 сентября состоялась премьера спектакля «Лейтенант с острова Инишмор», поставленного им по пьесе ирландского драматурга Мартина Макдонаха. Спектакль о террористах сделан в жанре комедии. Правда, с припиской «абсурд». И пьеса, и спектакль, конечно, не об Ирландии, а о нашей жизни. О том, что зло и ненависть обрекают род людской на потери, грозящие апокалипсисом. Несмотря на то, что представления прошли с аншлагом, у молодого режиссера нет головокружения от успеха.

Оренбургские театры готовятся к открытию нового сезона, припася для зрителей немало сюрпризов. Одним из самых ярких и неоднозначных, на наш взгляд, станет спектакль «Лейтенант с острова Инишмор» на сцене драматического театра. Накануне его премьеры мы поговорили с режиссёром постановки Александром Фёдоровым. 

Кому помешал кот?

Автор - Юлия Талыкова, "Наш театр" №1 30.08.14

В самом начале 159-го театрального сезона – 17, 18, 24 и 30 сентября оренбургских поклонников сценического искусства ждет не просто очередная премьера. На суд зрителей будет представлено совершенно невероятное зрелище – комедия-абсурд ирландского драматурга Мартина Макдонаха «Лейтенант с острова Инишмор». Это, дерзкая, сердитая, гомерически смешная постановка, состоящая вся из немыслимых парадоксов. Здесь есть все -  и жестокость, доведенная до абсурда, и патриоты ставшие фанатиками и садистами, идиотическая сентиментальность и перекроенная система ценностей. Обо всех этих серьезных и крайне своевременных вещах предлагает поразмышлять молодая и прогрессивно настроенная постановочная группа: режиссер Александр Федорова и  художник Евгения Шутина.

Автор: Надежда Емельянова
Она – воистину оренбургская капитанская дочка: её отец, выпускник военного авиационного училища им. Полбина, лётчик-штурман Павел Величко капитан по званию, к великому горю семьи, рано умер, когда дочке было всего 12 лет. В 1978 году она вернулась в родной город после учёбы. И так уж случилось, что одной из первых её ролей на оренбургской сцене стала Маша Миронова из пушкинской «Капитанской дочки». А четверть века спустя заслуженная артистка России Надежда Величко играла в спектакле, поставленном режиссёром Р.В. Исрафиловым, уже Василису Егоровну, мать своей любимой героини.

Автор: Юлия Талыкова, журнал "Телесемь"

о спектакле

Автор: Полина Кузаева, газета "Оренбуржье"

о спектакле "Лейтенант с острова Инишмор"